Нико́ла Са́кко (;  — ) и Бартоломе́о Ванце́тти (;  — ) — участники движения за права рабочих, рабочие-анархисты. Выходцы из Италии, проживавшие в США.

Никола Сакко прибыл в США в возрасте 17 лет и долгие годы проработал закройщиком на обувной фабрике. Бартоломео Ванцетти родился в крестьянской семье в Пьемонте и прибыл в США в возрасте 13 лет. Сначала он был мальчиком на побегушках в булочных, потом — чернорабочим в каменоломнях. В последнее время постоянной работы не имел и занимался продажей рыбы.

Оба стали широко известны, после того как в 1920 году в США им было предъявлено обвинение в убийстве кассира и двух охранников обувной фабрики в городе Саут-Брейнтри. На судебных процессах, проходивших в Плимуте , суд присяжных вынес вердикт о виновности Сакко и Ванцетти и приговорил их к смертной казни. Все ходатайства были отклонены судебными органами штата Массачусетс. Сакко и Ванцетти казнили на электрическом стуле . Процесс и последовавшие за ним попытки добиться пересмотра дела вызвали широкий резонанс в мире. Многие люди были уверены в невиновности казнённых, и этот процесс стал для них символом беззакония и политических репрессий.

События, предшествовавшие аресту

В 1917—1920 годах США были охвачены многочисленными забастовками. Правительство требовало от полиции жёсткого подавления рабочего движения. В ходе разгона одного из митингов задержали 38-летнего итальянца Андреа Сальседо. Через несколько дней труп Сальседо обнаружили возле полицейского участка, который располагался в многоэтажном доме. По одной из версий потерпевшего вытолкнули полицейские из окна 7-го этажа, по другой — он выбросился сам, не в силах больше терпеть издевательства полицейских.

Известие о смерти Сальседо вызвало волну возмущения среди рабочих. Во главе кампании по расследованию причин смерти Сальседо стали Сакко и Ванцетти. Они энергично взялись за расследование и им удалось якобы добыть какие-то доказательства, что Сальседо был замучен по указанию властей штата и в этом деле был замешан губернатор Фуллер.

Сакко и Ванцетти были арестованы в начале мая 1920 года накануне митинга в Бостоне, на котором Ванцетти должен был выступить с разоблачением полиции, замучившей итальянца-эмигранта Сальседо, и обвинены в убийстве кассиров обувной фабрики.

Преступления, инкриминированные обвиняемым Первое нападение: Бриджуотер — небольшой городок в штате Массачусетс (США). В среду 24 декабря 1919 года по его улицам ехал грузовик. За его рулем сидел Эрл Грейвс. Рядом с ним — констебль Бенджамин Боуль, в кузове — кассир фабрики Альфред Кокс. Эти люди везли зарплату на обувную фабрику. Неожиданно дорогу им преградил автомобиль с зашторенными окнами. Из него выскочили трое мужчин. Один из них, с чёрными усами и в чёрном пальто, был вооружён карабином, двое других держали в руках пистолеты. Завязалась перестрелка — получив отпор, нападавшие вскочили в свою машину и скрылись. Полиция опросила свидетелей происшествия. Грейвс, шофёр грузовика, видевший нападавших достаточно близко, заявил: это были итальянцы. Возникли разногласия по поводу марки машины. Некоторые говорили, что марка машины «хадсон», другие — что «бьюик». Месяцем ранее неподалёку в Нидеме была угнана машина марки «бьюик». Шеф полиции Стюарт предположил, что это не просто совпадение. К тому же он имел информацию от осведомителя, который утверждал, что покушение совершили некие итальянцы, которые скрывались в полуразрушенном доме неподалёку от Бриджуотера. Там они оставили свою машину и вернулись в город трамваем. Про эту деталь Стюарт тотчас забыл. Но через несколько месяцев, в апреле, он про это вспомнит. Потому что 15 апреля 1920 года произошло событие, намного более серьёзное, нежели покушение в Бриджуотере.

Второе нападение: в тот день, около 3 часов пополудни, произошло вооружённое нападение на кассира обувной фабрики Слейтера и Морриля, расположенной в Саут-Брейнтри. Застрелив кассира и его телохранителя и завладев металлическим чемоданчиком с деньгами, двое нападавших вскочили в дожидавшуюся их машину и на полной скорости подъехали к железнодорожному переезду. Смотритель только что опустил шлагбаум: он ждал поезда. Один из нападавших направил револьвер в сторону смотрителя и закричал: «Быстро поднимай шлагбаум!» Смотритель подчинился. Машина проехала переезд и скрылась в направлении Броктона.

Это нападение легло в основу «дела Сакко-Ванцетти».

Следствие и суд В процессе расследования полиция допросила около 50 человек. Показания свидетелей значительно расходились. Одни говорили, что машина была чёрной, другие — зелёной, кто-то утверждал, что она была чистая и сверкающая, кто-то — покрытая грязью. Некоторые сообщали, что машин было две. Также нечётко описывали бандитов — то ли они были брюнеты, то ли блондины, то ли в шляпах, то ли без. Изучив и сопоставив все показания, полиция пришла к выводу, что нападавших было, скорее всего, пятеро, двое из них стояли на улице, а трое ждали в машине.

Поскольку показания свидетелей указывали на итальянскую национальность грабителей, полиция проверяла, в первую очередь, итальянцев. По подозрению в убийстве были арестованы участники рабочего движения, анархисты Никола Сакко и Бартоломео Ванцетти. При обыске у Сакко было обнаружено огнестрельное оружие, а у Ванцетти — несколько патронов 32-го калибра в кармане — это единственное, что было конкретно против них у полиции на момент ареста. При этом при задержании они заявили, что оружия у них нет. Эта ложь будет дорого стоить обвиняемым в суде.

По делу о первом эпизоде был привлечён только Ванцетти. Судебное слушание по делу состоялось в Плимуте 22 июня 1920 года. Вёл процесс судья Тэйер, обвинителем выступал прокурор Кацман. Показания свидетелей обвинения были весьма противоречивы. Так, например, одна из свидетельниц утверждала, что видела Ванцетти за рулём автомобиля преступников, в то время как он вообще не умел водить машину. Констебль, на следствии твёрдо опознавший Ванцетти, первоначально описывал его совершенно иначе и, к тому же, указал совершенно другую марку машины преступников (в показаниях на суде марка машины изменилась на ту, которую нашла в лесу полиция). Торговец газетами заявил, что узнал Ванцетти по «манере бегать», которая показалась ему «иностранной», причём на вопрос адвоката, в чём конкретно свидетель видит различия в беге американца и иностранца, ответить не смог. Судья признал убедительным доказательством то, что в сточной канаве рядом с найденной машиной обнаружены револьверные гильзы того же калибра, что и патроны, изъятые у Ванцетти, хотя полиция не установила, как и когда попали эти гильзы в канаву и имеют ли они отношение к делу, ведь речь шла об одном из самых распространённых в США калибров — .32. Наконец, Ванцетти вначале представил алиби, которое оказалось ложным. Когда позже он заявил о новом алиби, подтверждённом свидетелем, убывшим в Италию, это уже не вызвало у присяжных и судьи доверия. Обвинение снято не было. Напротив, поскольку все свидетели по всем эпизодам также были итальянцами, был сделан вывод, что они просто выгораживают «своих». В качестве мотива преступления прокурор назвал попытку добыть деньги на организацию беспорядков и свержение власти, к чему, по его мнению, стремятся все анархисты. Несмотря на явные противоречия в показаниях свидетелей обвинения, Ванцетти был признан виновным и приговорён к 14 годам тюремного заключения.

Друзья Ванцетти для обжалования приговора пригласили адвоката Фреда Мура. Именно Мур способствовал широкому распространению информации об этом деле. С его подачи дело, по второму эпизоду которого привлекли ещё и Сакко, стало общенационально известным. Упирая на отсутствие прямых улик и фактический отказ суда принимать во внимание показания соотечественников подсудимого, Мур представил Ванцетти как жертву полицейского и судебного произвола, человека, пострадавшего за свои политические убеждения и ставшего жертвой предубеждённого отношения американцев к новым иммигрантам. В газетах выходили статьи в защиту Ванцетти, на улицах собирались митинги в его поддержку.

Процесс, рассматривавший второй из эпизодов, начался 31 мая 1921 года и продолжался до 14 июля, с теми же судьёй и прокурором. Снова повторилось то же самое, что было на первом процессе: свидетели обвинения путались, их показания расходились с теми, что были даны на следствии. Прокурору удалось уличить Сакко в неверных показаниях — на следствии тот утверждал, что в день преступления находился на работе, но это было легко опровергнуто. Однако Сакко заявил, что ходил в консульство для оформления документов, что было подтверждено свидетелями. Множество свидетелей также подтвердили, что в день преступления покупали рыбу у Ванцетти, то есть он также находился далеко от места преступления. Алиби обоих подсудимых выглядело неоспоримым, однако тот факт, что все свидетели защиты были итальянцами и многие из них — анархистами, дало присяжным повод проигнорировать их показания. Решающим доводом обвинения опять стали пули, гильзы и оружие: кольт 32 калибра, изъятый у Сакко, соответствующий калибру пуль, обнаруженных на месте преступления, хотя доказать, что грабители стреляли именно из него, полиции так и не удалось — баллистические данные продаваемого оружия тогда не сохраняли.

Несмотря на все нестыковки, после шести недель рассмотрения дела был вынесен обвинительный приговор. Обоих обвиняемых приговорили к смертной казни.

Последующие события Приговор, вынесенный Сакко и Ванцетти, выглядел настолько очевидно неправосудным, что вызвал резонанс не только в США, но и во всём мире. Организовывались комитеты в защиту осуждённых. Защита требовала пересмотра дела, предоставляя всё новых свидетелей невиновности осуждённых. Наконец в 1923 году некто Селестино Мадейрос, задержанный американской полицией совсем по другому делу, признался, что участвовал в ограблении в Саут-Брейнтри, и твёрдо показал, что среди участников банды ни Сакко, ни Ванцетти не было. Несмотря даже на это, в пересмотре дела было отказано. В 1927 году защита Сакко и Ванцетти подала в Верховный суд США прошение об отстранении судьи Тэйера, но 5 апреля того же года оно было отклонено, а 9 апреля приговор был окончательно подтверждён.

Анархисты призывали своих сторонников к мятежу. В Бостоне, Нью-Йорке, Лондоне и Берлине происходили стычки демонстраций в защиту рабочих с полицией. 8 августа французские профсоюзы объявили суточную забастовку в знак протеста. Демонстрации протеста проходили на Уолл-стрит, в Копенгагене, Осло, Москве, Йоханнесбурге, Санта-Фе, Монтевидео, Мехико. Губернатору Фуллеру, который мог своим решением помиловать приговорённых, были отправлены миллионы телеграмм. 8 августа манифестанты попытались взять приступом тюрьму Чарльстоуна, для их разгона были вызваны морские пехотинцы. Телеграммы с просьбой о помиловании прислали Эйнштейн и Хансен. Было несколько взрывов бомб. Отец Сакко обращался с просьбой о помощи к Муссолини. Папа римский Пий XI высказался о необходимости помилования Сакко и Ванцетти.

Несмотря на все выступления, приговор был оставлен без изменений и в ночь с 22 на 23 августа 1927 года Сакко, Ванцетти, а вместе с ними и Мадейрос, признавшийся в участии в преступлении, были казнены на электрическом стуле.

Казнь и похороны 22 августа 1927 года защитники Сакко и Ванцетти делали отчаянные попытки приостановить приведение приговора в исполнение. Глава Верховного суда США Тафт отказался от вмешательства в это дело. Губернатор Фуллер не обращал никакого внимания на постоянные ходатайства и протесты. Полиция Бостона беспощадно разгоняла всякие демонстрации. Комитет защиты Сакко и Ванцетти призвал к объявлению всемирной забастовки протеста.

Вечером 22 августа для прощания к Сакко была допущена жена, а к Ванцетти — сестра Луиджия, несколькими днями ранее прибывшая в США из Италии. С сыном Данте Сакко попрощался ранее — 18 августа, когда ему было разрешено свидание на один час.