История монашества в византийском Египте охватывает период существования монашества в римском и византийском Египте от его возникновения до завоевания арабами в первой половине VII века. Египет, наряду с Сирией и Палестиной, является одним из мест, где на рубеже III и IV веков зародился христианский аскетизм. Существующие теории связывают это событие с экономическими изменениями в послептолемеевский период, развитием христианской духовности или влиянием гностицизма или манихейства. В связи с тем, что установить преемственность раннего монашества с предшествующими духовными практиками довольно сложно, в современных исследованиях существует тенденция к отказу от постановки вопроса об «истоках» монашества. Тем не менее традиционно к первым монахам в Египте причисляют Павла Фивейского (ум. ок. 341), святого Антония и Пахомия Великого (ум. 346). Первые два из них считаются основоположниками отшельнической формы монашества, предполагающей уединённое проживание в труднодоступных местах; в условиях Египта это прежде всего пустыни. Пахомий, напротив, развивал идею общинножительного монашества и основал несколько киновий в Фиваиде. На практике, однако, форм монашества было существенно больше, и существовали как небольшие поселения отцов-пустынников, так и разного размера общины в городах и деревнях. Монашеский образ жизни в Египте избирали для себя представители всех общественных слоёв, как мужчины, так и женщины.
Несмотря на декларируемый монахами уход из мира, их участие в жизни общества было достаточно значительным. Не входя в официальную церковную иерархию, они принимали активное участие в многочисленных церковных спорах IV—VI веков. Многие из патриархов Александрийских, начиная с Афанасия Великого, поддерживали монахов или сами были выходцами из их среды. Написанное Афанасием первое жизнеописание Антония стало не только первым произведением в таком роде, но и считается одним из самых влиятельных текстов в истории христианского монашества. Монашеские общины стремились к автаркическому существованию, и их члены должны были, насколько это возможно, выполнять различные хозяйственные работы. Архетипичным образом, предстающим из источников, является монах, плетущий корзины или верёвки. Монастыри продавали эти изделия, получая тем самым возможность покупать вещи, которые не производили сами. Некоторые из монастырей, например «федерация» Пахомия или два монастыря Шенуте, постепенно превратились в крупные и влиятельные организации. Как и в позднейший период, государство пыталось бороться с накоплением избыточной собственности в монастырях, поступавшей туда в виде пожертвований или вместе с новопоступающими монахами. Принятые с этой целью законы, однако, не смогли предотвратить превращение к VI веку отдельных монастырей в крупнейших землевладельцев.
Возникшее ещё в позднеантичный период представление о том, что большую часть египетских монахов составляли неграмотные коптские крестьяне, до XX века оказывало влияние на образ египетских монахов в глазах историков. До конца XIX века многочисленные европейские путешественники не интересовались христианскими древностями Египта. Несколько крупных археологических проектов были начаты в 1900-х годах, но приостановлены с началом Первой мировой войны. Со второй половины XX века монашеская археология Египта активно развивается, и международные коллективы ведут изучение монашеских поселений в Вади-Натруне, Саккаре и Фивах.
Историческое развитие
Появление монашества в Египте
Конец III — начало IV века было сложным периодом в истории Римского Египта. К этому времени проявились результаты изменений, начавшихся с переходом Египта под власть Римской империи: граница между «цивилизованной» эллинистической Александрией и коптской хорой стала менее чёткой, в городах усиливалось местное самоуправление, римское правление поощряло социальную мобильность и развивало коммуникации. Египет быстро превращался в одну из важнейших провинций империи. Одновременно с этим, начиная со второй половины III века, в Египте усиливался кризис, вызванный усиливающимся налоговым гнётом, обременительными литургиями, военными экспроприациями и опустошающей деревни системой круговой поруки. Результатом стали быстрая инфляция, ухудшение ирригации и упадок традиционной местной аристократии. Усугубляли ситуацию частые нашествия кочевников и восстания. Уже с I века проблему для центральных властей представлял рост числа уклоняющихся от уплаты налогов или иных обязанностей — анахоретов. Часто уклонение принимало форму бегства, и на рубеже веков были нередки случаи насильственного возвращения беглецов, которые пополняли ряды бандитов и городской толпы в Александрии. До некоторой степени проблему решало развитие системы патронажа, когда мелкие землевладельцы передавали свою землю крупным в обмен на покровительство.
Традиция считает первым христианином, принявшим аскетический образ жизни, Павла Фивейского, который во время одного из гонений на христиан — возможно, в правление императора Деция (249—251) — поселился в пещере в Египте. Там он прожил, сделав себе одежду из пальмовых листьев и питаясь половиной хлеба, которую ему ежедневно приносил ворон, 60 лет. Его младший современник святой Антоний (ум. 356) стал образцом для подражания последующих поколений святых отшельников. О его жизни известно в основном из жизнеописания, составленного патриархом Александрийским Афанасием (ум. 373) вскоре после смерти отшельника. Согласно ему, происходящий из состоятельной семьи Антоний, желая уединения, поселился в заброшенной крепости в пустыне. Двадцать лет он прожил в полном одиночестве, получая свежие припасы только дважды в год. Когда друзья обнаружили его, Антоний находился в полном телесном и душевном здоровье. C этого момента он начал совершать исцеления, изгонять демонов и примирять ссорящихся — «и таким образом, в горах явились наконец монастыри; пустыня населена иноками, оставившими свою собственность и вписавшимися в число жительствующих на небесах»Афанасий Великий, Житие преподобного отца нашего Антония, 14. Согласно описанию Афанасия, святой Антоний «столько неутомим был во бдении, что часто целую ночь проводил без сна, и, повторяя это не раз, но многократно, возбуждал тем удивление. Пищу вкушал однажды в день по захождении солнца, иногда принимал её и через два дня, а нередко и через четыре. Пищею же служили ему хлеб и соль, и питиём одна вода. О мясе и вине не нужно и говорить; потому что и у других рачительных подвижников едва ли встретишь что-либо подобное. Во время сна Антоний довольствовался рогожею, а большею частью возлегал на голой земле»Афанасий Великий, Житие преподобного отца нашего Антония, 7. Если Павел Фивейский жил один, то вокруг святого Антония сформировалась община учеников (при этом, уточняет Афанасий, Антоний стал духовным отцом и тех, кто уже ранее был монахом). После смерти Антония те, кто жил с ним в последние годы его жизни, остались жить на том же месте в Аравийской пустыне. Монастырь там появился, однако, только в VII веке.
О жизни другого основателя египетского монашества, Пахомия Великого известно из бо́льшего числа источников. Выходец из бедной семьи, он родился в 292 году в диоцезе Сне, к югу от . В 312 году он был призван в армию Максимина Дазы и отправлен служить в Фивы. Новобранцев разместили в городской тюрьме. Местные христиане приходили к ним с запасами пищи и помогали, в результате чего Пахомий сам захотел принять христианство. Примерно десять лет спустя Пахомий поселился в заброшенной деревне Тавенисси в пустыне Верхнего Египта. К этому времени он получил уже наставление в монашеской жизни от некоего Паламона из Шенесета. Начиная с 324 года к нему стали приходить ученики. Их число быстро росло, и к 329 году сформировалась община () в Пбоу, а затем ещё три; вторая группа общин была основана ближе к концу жизни Пахомия в районе Шмина. Вскоре Пахомий предпочёл индивидуальный аскетизм коллективной молитве и совместному приёму пищи. Главной добродетелью у киновитов стало считаться послушание главе общины, в которую принимались только мужчины. Его сестра Мария на противоположном берегу Нила основала женскую общину, находящуюся под духовным руководством Пахомия и управляемую старцем аввой Петром. Отдельными исследователями женская община Марии и мужская Пахомия рассматривались как . Сами монахи не имели собственности, но это не относилось к монастырям, которые вели активную хозяйственную деятельность. К моменту смерти Пахомия, в основанных им 9 мужских и двух женских монастырях насчитывалось несколько сотен монахов и монахинь.
Несмотря на достаточно явные указания Афанасия о наличии предшественников у Антония, взгляд на него, как первого монаха в Египте и в целом, распространён и среди современных историков. Согласно современному исследователю раннего монашества Дж. Гёрингу, такая точка зрения является ошибочной и близорукой, и более тщательный анализ источников свидетельствует о наличии разнообразных форм раннехристианского аскетизма. Одновременно с этим нельзя говорить и о чисто египетском происхождении монашества, поскольку существует точка зрения о независимости возникновении монашества в Сирии, Месопотамии и Каппадокии. В «Церковной истории» Евсевия Кесариского упоминаются многочисленные случаи, когда христианские праведники бежали от мира, как например епископ Иерусалимский Наркисс, которому «издавна была любезна жизнь философа, и он бежал от братии и провёл много лет, скрываясь в неведомой пустыне»Евсевий, Церковная история, 6.9.6. Многие также бежали в горы и пустыни, спасаясь от преследований. С точки зрения Евсевия, принуждение к бегству было ещё одной формой гонения для христиан, «погибавших от голода, жажды, мороза, от болезней, от разбойников и зверей»Евсевий, Церковная история, 6.42.2. Евсевий не рассматривает подобные случайные события как проявления аскетической жизни, но при этом мало что сообщает об исторических истоках монашеского движения. Приводимые им сведения о «философской жизни» образованных христиан не объясняют массового распространения аскетизма в IV веке. К ранним египетским аскетам причисляют Иеракса и энкратитов, однако они не представляли основное течение египетского монашества.
Относительно написанного Афанасием Великим «Жития Антония» исследователи отмечают, что сам автор не утверждал приоритет Антония в данном образе жизни, а также, что своим успехом монашество обязано скорее литературному дару Афанасия, чем описанной им модели поведения. Немецкий историк церкви , указывая на литературную условность «Жития», сомневается, получил бы Антоний свою славу, если бы не это произведение Афанасия. Внимание исследователей привлекло сообщение Афанасия о том, что перед тем, как Антоний начал «упражняться в подвижничестве», он передал попечение над своей младшей сестрой «известным ему и верным девственницам, … на воспитание в их обитель»Афанасий Великий, Житие преподобного отца нашего Антония, 3. Считается, что здесь содержится указание на существование ограниченной формы деревенского аскетизма, не предполагавшей отказа от всех социальных функций. Отмечается, что содержащееся в датируемом 324 годом папирусе первое известное употребление слова «монах» () относится именно к деревенскому аскету. Этот тип монахов, известный ему под именем remnuoth, осуждал Иероним Стридонский. Датировка событий из жития Антония Великого относит начало его монашества к 306 году, из чего следует, что развитие отшельнического монашества не может быть сведено просто к реакции на институционализацию христианской церкви после 312 года. При этом новизна поступка Антония проявлялась в совокупности обстоятельств, поскольку ранее в Египте были известны и аскетизм, и удаление в пустыню. Полезным для понимания феномена возникновения духовного авторитета Антония Великого оказался предпринятый Дэвидом Бракке (David Brakke) анализ писем другого аскета IV века, Пафнутия.