Чилийская война за независимость (исп. Guerra de la Independencia de Chile) — вооружённая борьба чилийских патриотов против испанского колониального господства, продолжавшаяся с 1810 по 1826 годы и приведшая к независимости Чили от Испании. Была частью войны за независимость испанских колоний в Америке.

Традиционно начало войны датируется 18 сентября 1810 года. В зависимости от того, какие события берут за условную точку окончания войны, указываются даты 1821 год, когда роялистские силы были побеждены Хосе де Сан-Мартином, или 1826 год, когда последние испанские войска сдались, а архипелаг Чилоэ был включён в Чилийскую республику. Декларация независимости Чили была официально опубликована 12 февраля 1818 года и официально признана Испанией в 1844 году, когда между двумя странами были установлены дипломатические отношения.

Независимость не получила единодушной поддержки чилийцев, которые были разделены за сторонников независимости и роялистов. То, что началось как политическое движение среди элиты против колониальной зависимости, закончилось как полноценная гражданская война. Традиционно война делится на три этапа: Patria Vieja' (1810—1814); Реконкиста (1814—1817); Patria Nueva (1817—1823).

Предыстория В начале 1808 года генерал-капитанство Чили — одна из самых маленьких и бедных колоний Испанской империи — находилось под управлением Луиса Муньоса де Гусмана, умелого и уважаемого королевского губернатора. В мае 1808 года свержение Карла IV и Фердинанда VII, их замена Жозефом Бонапартом и начало Полуостровной войны погрузили империю в хаос. В то же время Чили столкнулся с внутренними политическими проблемами. Губернатор Гусман внезапно умер в феврале того же года, и метрополия не смогла назначить нового губернатора до начала французского вторжения. После краткого промежуточного регентства Хуана Родригеса Бальестероса и в соответствии с действовавшим в то время законом о правопреемстве, должность губернатора была замещена старшим военным командиром, которым оказался бригадир Франсиско Гарсиа Карраско.

Гарсия Карраско занял пост губернатора Чили в апреле, а в августе пришло известие о наполеоновском вторжении в Испанию и об учреждении Верховной Хунты, чтобы управлять империей в отсутствие законного короля. Тем временем Карлотта Хоакина, сестра Фердинанда и жена короля Португалии, которая жила в Бразилии, также пыталась взять под контроль испанские владения в Латинской Америке. Поскольку её отец и брат находились под арестом во Франции, инфанта считала себя наследницей рода. Предполагалось, что её план состоял в том, чтобы отправить войска для оккупации Буэнос-Айреса и северной Аргентины и объявить себя королевой Ла-Платы.

Бригадир Гарсия Карраско был человеком грубых и авторитарных манер, и ему удалось в очень короткое время оттолкнуть от себя креольскую элиту. Чили, как и большинству стран Латинской Америки, к тому времени уже была свойственна определённая независимость от метрополии, но она была минимальной и сконцентрировалась в безуспешном «Заговоре Трёх Антонио» в 1781 году. Большинство чилийцев были пылкими роялистами, но они были разделены на две группы: выступавших за статус-кво и божественное право Фердинанда VII («абсолютисты»), и тех, кто хотел объявить Карлотту Хоакину королевой («карлотисты»). Третья группа была составлена из тех, кто предложил заменить испанские власти местной хунтой из уважаемых граждан, которая соответствовала бы временному правительству («хунтисты»).

В 1809 году губернатор Гарсия Карраско оказался замешан в крупном коррупционном «Скандале Скорпион», который окончательно уничтожил авторитет губернатора. С этого момента началось нарастание давления на правительство Гарсия Карраско. В июне 1810 года из Буэнос-Айреса прибыли известия о том, что силы Наполеона Бонапарта завоевали Андалусию и осадили Кадис, последний оплот сопротивления французам на испанской земле. Более того, Верховная Хунта, которая управляла империей в течение последних двух лет, самораспустилась в пользу Регентского совета. Гарсиа Карраско, сторонник группы карлотистов, сумел усугубить политические проблемы, приняв произвольные и суровые меры, такие как арест и депортация в Лиму без надлежащего суда известных и социально значимых граждан по подозрениям в том, что они сочувствовали идеям создания хунты.

Вдохновленное майской революцией в Аргентине, движение автономии также стало распространяться в креольской элите. Его сторонники возмущались незаконными арестами и вместе с известием о том, что Кадис был последним, что осталось от свободной Испании, окончательно укрепились в своём противостоянии с губернатором. Гарсия Карраско был отстранён от должности и был вынужден уйти в отставку 16 июля 1810 года и, в свою очередь, был заменён следующим самым старшим офицером, Маттео де Торо Самбрано, графом Ла Конкиста, хотя законный губернатор Франсиско Хавьер де Элио был уже назначенный вице-королём Перу.

Граф Торо Самбрано был, по всем стандартам, неоднозначным выбором. Он был уже очень стар (82 года) и, кроме того, был «криолло» (родившимся в колониях), в отличие от «пенинсулар» (родившихся в Испании). Сразу после его назначения в июле хунтисты начали давить на него, чтобы добиться образования хунты. В августе Королевский апелляционный суд принял публичную присягу перед Регентским советом перед огромной аудиторией, что добавило давления на губернатора. После некоторого колебания Торо Самбрано, наконец, согласился провести открытое собрание кабильдо (мэрии) в Сантьяго, чтобы обсудить этот вопрос. Дата была назначена — 18 сентября 1810 года в 11 часов утра.

Patria Vieja

Первая хунта С самого начала хунтисты захватили политическую инициативу. Как только кабильдо был созван, они смогли включить своих сторонников в комитет, которому было поручено отправлять приглашения, таким образом получив контроль над списками посещаемости в свою пользу. На сессии 18 сентября они захватили центральную сцену с криками «¡Junta queremos! ¡junta queremos!». («Мы хотим хунту! Мы хотим хунту!»). Торо Самбрано, столкнувшись с этим публичным проявлением силы, фактически дистанцировался от принятия решений, положив церемониальную палочку поверх главного стола и сказав: «Вот эстафета, возьмите ее и правьте».

«Правительственная хунта Королевства Чили», также известная как Первая хунта, была организована с теми же полномочиями, что и королевский губернатор. Её первой мерой было принятие присяги на верность Фердинанду VII в качестве законного короля. Торо Самбрано был избран президентом хунты, а остальные позиции распределились поровну между всеми партиями, но реальная власть осталась в руках секретаря Хуана Мартинеса де Росаса. Затем Хунта предприняла некоторые конкретные меры, которые были давними устремлениями колониалистов: создала милицию для защиты королевства, объявила свободу торговли со всеми странами, которые были союзниками Испании или нейтральными странами, ввела уникальный тариф 134 % для всего импорта (за исключением печатных машин, книг и ружей, освобождённых от всех налогов) и для увеличения его представительности провела конвокацию Национального конгресса. Сразу же начались политические интриги среди правящей элиты, которая получала известия о войнах в Европе. В итоге было принято решение о том, что выборы в Национальный конгресс, состоящий из 42 представителей, будут проведены в 1811 году.

Появились три политические тенденции: экстремисты (exaltados), умеренные (moderados) и роялисты (realistas). Эти группы были решительно против независимости от Испании и дифференцировались только по вопросу о степени политической автономии Чили. Умеренные под руководством Хосе Мигеля Инфанте имели большинство голосов и ориентировались на медленные темпы реформ, так как боялись, что как только король вернётся к власти, он будет думать, что они ищут независимости. Экстремисты были второй по значимости группой, они выступали за большую степень свободы от короны и более быстрые темпы реформ, которые прекратились бы без полной независимости. Их лидером был Хуан Мартинес де Росас. Роялисты были против каких-либо реформ вообще и рассчитывали на поддержание статус-кво до восстановления королевской власти в Испании.

К марту 1811 года 36 представителей в Конгресс уже были избраны во всех крупных городах, за исключением Сантьяго и Вальпараисо. Большим политическим сюрпризом стала победа роялистов в Консепсьоне, где до того были сильны позиции сторонников Хуана Мартинеса де Росаса. В остальной части Чили результаты более или менее одинаково разделились: 12 делегатов за Росаса, 14 против него и 3 роялиста. Таким образом, выборы в Сантьяго стали ключом к стремлениям Росаса остаться у власти. Выборы должны были состояться 10 апреля, но до этого вспыхнул «мятеж Фигероа».

1 апреля полковник-роялист Томас де Фигероа, считая, что выборы — это излишне популистская мера, — поднял восстание в Сантьяго. Мятеж провалился, и Фигероа был арестован и казнён. Однако мятеж был успешным в том, что временно саботировал выборы, которые пришлось отложить. В конце концов, Национальный конгресс был должным образом избран, но мятеж Фигероа способствовал радикализации в политической сфере. Хотя умеренные, которые продолжали контролировать элиту, получили большинство мест в Конгрессе, меньшинство было сформировано из экстремистских революционеров, которые теперь требовали полной и немедленной независимости от Испании. Королевская аудиенция Чили, оплот испанского правления в стране, была распущена за якобы соучастие в мятеже. Идея полной независимости впервые вышла на первый план.

Диктатура Карреры

К этому времени ветеран Пиренейских войн Хосе Мигель Каррера вернулся в Чили из Испании. Он оказался вовлечён в интриги экстремистов, которые планировали вырвать власть у Мартинеса Росаса с помощью оружия. После двух переворотов в конце 1811 года амбициозный Каррера сумел взять власть в стране, установив диктатуру. Главными членами правительства стали братья Карреры Хуан Хосе и Луис, а также Бернардо О’Хиггинс.

Между тем временная Конституция 1812 года была обнародована с заметным либеральным влиянием. Примером этого стало положение о том, что «ни один приказ, который исходит из-за пределов территории Чили, не будет иметь никакого эффекта, и любой, кто пытается обеспечить соблюдение такого приказа, будет рассматриваться как предатель». Каррера также учредил патриотические символы для Patria Vieja, такие как флаг, герб и знаки отличия. Также во время его правительства стала выходить первая чилийская газета «La Aurora de Chile» под редакцией монаха Камило Энрикеса, поддерживавшего движение за независимость. Кроме того, Каррера пригласил в Чили американского консула. Этот шаг был важен, поскольку он установил прямую связь между либерализмом и федерализмом Соединённых Штатов с принципами движения за независимость Чили. Наконец, Каррера основал Национальный институт Чили и Национальную библиотеку Чили. Оба этих престижных учреждения сохранились до наших дней.

Испанские вторжения

Победа восстаний — как в Чили, так и в Аргентине — обеспокоила вице-короля Перу Хосе Фернандо де Абаскаля. В результате в 1813 году он направил военную экспедицию по морю под командованием Антонио Парехи, чтобы разобраться с ситуацией в Чили, и послал ещё одну армию по суше, чтобы напасть на север Аргентины. Войска высадились в Консепсьоне, где их встретили аплодисментами. Затем Пареха попытался взять Сантьяго. Эти усилия не увенчались успехом, как и последующее неубедительное нападение, руководимое Габино Гаинсой. Однако это произошло не благодаря Каррере, чья некомпетентность привела к усилению позиций умеренных О’Хиггинса, которые в конечном итоге взяли верх над сторонниками независимости. Атакуемый со всех сторон Каррера ушёл в отставку, что принято считать началом периода Реконкисты.