Михаил Ильич Коваленский ( — ) — военный , , и , педагог-методист и кавказовед, политэконом, административный, судебный и земский деятель, .
Биография По происхождению считался представителем особой социальной группы так называемых «дворянских воспитанников». Отец — чиновник особых поручений при московском военном генерал-губернаторе, статский советник и кавалер Илья Михайлович Коваленский, из дворянского рода Коваленских малороссийского происхождения. Мать — Марфа Григорьевна, крепостная девица отца, получившая вольную. Дед — рязанский гражданский губернатор, тайный советник М. И. Коваленский.
Как сын бывшей крепостной крестьянки, при рождении был записан в «купеческое сословие», что стало распространенной практикой в России XIX века. Дворянские воспитанники, получавшие купеческую «прописку» своего происхождения, имели право на получение среднего и высшего образования, вступления в гражданскую, или военную службу, наследования дворянского имущества, и нередко выслуживали личное и потомственное дворянство, не становясь полноправными членами дворянского рода отца. «Купеческое» происхождение М. И. Коваленского является формальным. По служебным заслугам, в 1861 году М. И. Коваленский с потомством внесён во II ч. Родословной книги дворянства Московской губернии.
Первоначальное образование получил домашнее, в отцовском имении Чёрная Слобода, Сапожковского уезда, Рязанской губернии. Его гувернером и воспитателем был английский миссионер МельвильАгент Британского библейского общества Джон Мельвиль, шотландец по происхождению, появившемся в России в 20-х гг. XIX в. В 1838 г., уже после того, как сын Коваленского окончил С.-Петербургский ун-т, Дж. Мельвиль уехал в Одессу, где жил до середины 1850-х гг., занимаясь миссионерской деятельностью на Кавказе. За ним был установлен тайный полицейский надзор в связи с подозрениями в сношениях с раскольниками молоканской секты, где он был известен под именем Василия Ивановича. Миссионерская деятельность Мельвиля в России охватывает 1820-е-1880-е гг., в связи с чем Коваленский в совершенстве владел английским языком. По воспоминаниям С. М. Соловьёва (младшего), он знал не только европейские, «но и восточные языки: арабский и персидский, сам составил грамматику неисследованного раньше кавказского диалекта„Краткий словарь и грамматический очерк языка удинов. 1853—1854 гг.“. Опубликован не был.»Соловьёв М. Последний Соловьёв: Жизнь и творчество поэта и священника Сергея Соловьёва (1885—1942) // Соловьёвские исследования. 2013. № 1.
В 1835 окончил полный курс наук юридического ф-та С.-Петербургского ун-та, со степенью кандидата прав. С вступил в военную службу юнкером лейб-гвардии Саперного батальона. В чинопроизводстве офицеры этого воинского формирования приравнивались к офицерам гвардейской артиллерии. В офицерском чине инженер-прапорщика с прикомандирован для продолжения образования к Главному инженерному училищу в С.-Петербурге; в 1839 из верхнего офицерского класса училища выпущен поручиком в полевые инженеры, с причислением к Генеральному штабу.
В том же — 1839, направлен на службу полевым инженер-поручиком Отдельного Оренбургского корпуса. В Оренбурге познакомился со своей будущей супругой. В 1840 году М. И. Коваленский участвовал в экспедиции против Хивы.
Затем прикомандирован к Корпусу инженеров военных поселений (К. И. в. п.) — учреждению Департамента военных поселений Военного министерства. Корпус занимался военной инфраструктурой: обустройством городков и крепостей, принадлежавших военным поселениям; строительством отдельных зданий, находящихся вне крепостей; гидротехническими работами по военному ведомству; строительством путей сообщения и др.
В 1841—1842 состоит полевым инженер-поручиком V Округа К. И. в. п. — в Чугуеве; с из полевых инженер-поручиков Инженерного корпуса переводится тем же чином в К. И. в. п.; в 1843—1844 тем же чином, затем штабс-капитаном III Округа К. И. в. п. — в Вильне; с 21 января по 1 апреля 1844 уволен в отпуск; в 1845—1848 тем же чином состоит военным инженером II Округа К. И. в. п. — в Москве, в должности начальника 3-го отделения воинских зданий (Хамовнические казармы); с из штабс-капитанов К. И. в. п. пожалован капитаном. В 1845 женился в Москве.
В том же — 1848, прикомандирован к Главному инженерному управлению в С.-Петербурге «для занятий». После переподготовки, из капитанов К. И. в. п., ВП от , назначается на должность инспектора казённых училищ Кавказского учебного округа (КУО), с зачислением по армии майором.
Переводится служить на Кавказ, в Тифлис. Будет служить в той должности до 1856, одновременно замещая должности: члена совета попечителя КУО; члена комитета для начертания учебных пособий КУО; управляющего на правах директора Шемахино-Дербентской дирекцией училищ КУО. ВП от , из армии майоров переименовывается в чин коллежского асессора, с оставлением в должности инспектора казённых училищ КУО и управляющего Шемахино-Дербентской дирекцией училищ. В той должности, указом от , уже в чине надворного советника, награждён орденом Святой Анны 2 степени, по представлению наместника Кавказского об отлично-усердной службе, согласно удостоения Кавказского комитета. Из коллежских советников с пожалован в чин статcкого советника, со старшинством с и с оставлением в занимаемых должностях и званиях.
С в том же чине статского советника перемещён управляющим Палатой государственных имуществ Ставропольской губернии, и по должности состоял директором Ставропольского тюремного комитета.
С в том же чине перемещён управляющим Палатой государственных имуществ Воронежской губернии, и по должности состоял директором Воронежского тюремного комитета. В том же — 1857, пожалован орденом Святой Анны 2 степени, украшенного императорской короной. В 1858 пожалован добавочным жалованием по 1000 руб. в год. С пожалован чином действительного статского советника и с выходит в отставку. Был в отставке по 22 июня 1861.
С , а по другим данным — с 22 июля 1861, по ведомству Министерства юстиции, утверждён мировым посредником по Звенигородскому уезду Московской губернии. Тяжело переживая смерть старшего сына, с вновь вышел в отставку. Затем избирался от Звенигородского уезда членом постоянной и финансовой комиссий Московского губернского земского собрания (03.10.1865-02.12.1868).
До 1-го июля 1866 вновь поступил на службу, по ведомству М-ва юстиции, мировым судьей 3-го участка Звенигородского у., а 2-го октября того же года перевёлся членом Московского окружного суда, по гражданскому отделению, прослужив в этой должности до своей кончины. Определением Правительствующего Сената от 14.04.1866, утверждён участковым мировым судьей по Звенигородскому уезду Московской губернии. Определением Правительствующего Сената от 04.02.1869, утверждён по Звенигородскому уезду почётным мировым судьей. Определением Правительствующего Сената от 11.10.1871, утверждён по Звенигородскому уезду почётным мировым судьей на новое 3-летие.
В том же — 1866, был пожалован орденом Святого Владимира 3 степени. В ноябре 1872 он должен был выйти в отставку, и, по воспоминаниям современников, «хотел принять на себя звание присяжного поверенного». Однако, кончина не позволила стать адвокатом.
Несмотря на то, что во время службы на Кавказе Михаил Ильич играл заметную роль в местном ученом обществеВ 1851 был избран действительным членом Кавказского отдела Императорского Русского географического о-ва и Кавказского о-ва сельского хозяйства; в 1855 избран чл.-корр. Императорского Вольного экономического о-ва (в Тифлисе) и действительным членом Комитета лесоводства при Императорском Московском о-ве сельского хозяйства; в 1857 избран действительным членом и чл.-корр. Комитета акклиматизации растений при Императорском Московском о-ве сельского хозяйства (на Кавказе); в 1858 избран действительным членом Комитета для обработки торфа и его продуктов при Императорском Московском о-ве сельского хозяйства., современникам он остался памятен в первую очередь в связи с активной деятельностью в Москве и в Московской губернии при осуществлении крестьянской и судебной реформ 1860-х годов. За труды по крестьянской реформе награжден серебряным знаком отличия «За введение в действие положений 1861 года. 17 апреля 1863». За кавказскую службу был награждён светло-бронзовой медалью «В память войны 1853—1856», на Владимирской ленте.
Погребен на кладбище московского Новодевичьего монастыря.
Санкт-Петербургский университет Получив в Чёрной Слободе прекрасное «англоманское» домашнее образование, Коваленский передал эту изюминку воспитания своим детям, в том числе матери поэта-символиста С. М. Соловьёва. Тот вспоминал, что его мать и дед «постоянно и читали, и думали по-английски». Со времени учебы в С.-Петербургском университете Коваленский выделялся среди сокурсников не только своими способностями, но и этой, не столь характерной для того времени, особенностью образования. Об этом оставил воспоминанияГригорьев В. В. Т. Н. Грановский до его профессорства в Москве // Русская беседа. Т. III. М., 1856. учившийся вместе с ним в университете В. В. Григорьев, товарищ русского историка Т. Н. Грановского.
В. В. Григорьев писал, что к концу 1833 «относится и сближение Грановского с некоторыми товарищами по университету, послужившее основанием для приятельских связей, по крайней мере, на остальное время университетского курса и ближайшие к нему годы». Одним из таких товарищей в период студенческих лет, судя по всему, и был М. И. Коваленский, который, как писал Григорьев, «знал по-английски лучше обоих нас». Грановский и Григорьев в 1834 пригласили его принять участие в совместном переводе романа Дж.-Ю. Морьера (1780—1849) «Zohrab the hostage» (Зораб-заложник)Morier James Justinian. Zohrab the hostage. London: R. Bentley, 1832., «чтоб иметь более опоры». Взяться за перевод английского романиста сокурсники по университету решили постольку, поскольку им «показалось унизительным переводить с французского: кто ж не знает по-французски? Вот кабы перевести что-нибудь с английского — другое дело, рассуждали мы <…> Часть этой общей работы, то есть несколько первых глав романа, были даже напечатаны в „Сыне Отечества“ 1834 года».
Хивинский поход В знаменитом Хивинском походе генерал-лейтенанта графа В. А. Перовского, управлявшего Оренбургским краем, инженеру-поручику М. И. Коваленскому выпала двусмысленная роль.
Одной из целей похода, по факту являвшегося боевой операцией Отдельного Оренбургского экспедиционного корпуса, была заявлена научно-исследовательская цель. С.-Петербургскую Академию наук интересовало изучение бассейна Аральского моря и русла реки Аму-Дарьи. Научное сообщество, как и полтора столетия назад, хотело выяснить, впадает ли река в Каспийское море, где находятся её истоки и возможно ли изменить направление её течения для организации водного торгового пути из Хивы в Россию и дальше, в Европу. Кроме того, с секретной миссией в экспедицию был направлен знаменитый русский путешественник и географ, будущий член-учредитель Императорского Русского географического общества, отставной штаб-ротмистр П. А. Чихачев, который должен был через Тибетские горы отправиться на разведку в Индию. План экспедиции, подготовленный Академией наук, имел в виду в первую очередь научно-исследовательские цели, но граф В. А. Перовский его отверг в пользу военно-стратегического замысла покорения Хивы. Многие включенные в экспедицию ученые, узнав об этом, даже не выехали в Оренбург. Те же, кто уже прибыл в город, намерены были отказаться от участия в походе, поскольку собирались участвовать в научных исследованиях, а не в боевых столкновениях.
Не в силах официально изменить высочайше утвержденный план Академии наук, Перовский пошел на хитрость и «как бы в разрез своим действиям, для приобретения тех же ученых сведений, означенных в проекте, послал на Аральское море инженер-поручика Ковалинского». Таким образом, Михаил Ильич, сам того не ведая, стал спасителем научной миссии экспедиции, разработанной по плану Академии наук.
Научная и общественная деятельность