Стратокл (афинский политик)

Стратокл () — оратор и политик Древних Афин IV—III веков

Стратокл родился в богатой афинской семье около 350 года В 307 году сын Антигона Деметрий Полиоркет сверг ставленника правителя Македонии Кассандра тирана-философа Деметрия Фалерского, что было воспринято горожанами с ликованием. В Афинах была восстановлена демократия. Лидер партии демократов Стратокл запомнился античным историкам в первую очередь особой угодливостью перед Антигоном и Деметрием Полиоркетом, от которых зависели его власть и положение в городе. Непосредственно после свержения Деметрия Фалерского Стратокл добился обожествления своих покровителей. Впоследствии, для того чтобы Деметрий Полиоркет смог участвовать в Элевсинских мистериях, он законодательно переименовал десятый месяц года мунихион в третий антестерион, а затем в восьмой боэдромион. Таким образом Деметрий смог пройти все этапы посвящения для доступа к мистериям. Согласно античной легенде, одной из законодательных инициатив Стратокла стала: «Всё, что ни повелит царь Деметрий, да будет непорочно в глазах богов и справедливо в глазах людей».

После сокрушительного поражения Антигона в битве при Ипсе 301 года Стратокл в один момент утратил всё своё влияние в Афинах. В отличие от других афинских политиков, которых после конца их карьеры казнили либо изгоняли из города, Стратокл остался жить в родном городе. По мнению Д. Бейлисса, это связано с тем, что за время своего фактического правления Стратокл не нажил врагов и не совершил ничего вопиюще противозаконного.

Биография

Происхождение. Ранние годы Стратокл родился около 350 года в семье Евтидема из городского дема . Его семья была одной из богатейших в Древних Афинах. Отец Стратокла Евтидем и дед, также Стратокл, не менее семи раз снаряжали корабли для ведения военных действий в рамках выполнения общественной повинности, что свидетельствует об их высоком социальном положении.

Свою политическую карьеру Стратокл начал около 324 года во время дела о деньгах Гарпала, когда он выступил одним из обвинителей Демосфена. Хоть сама речь не сохранилась, из цитат других авторов известно, что Стратокл возлагал на Демосфена ответственность за разрушение Фив Александром Македонским в 335 году

Плутарх описал историю о том, как Стратокл первым прибыл в Афины после поражения при Аморгосе 322 года Он прошествовал через Керамик с венком на голове, объявил о победе и предложил устроить благодарственные жертвоприношения и раздачу еды. Когда, через некоторое время, моряки приплыли на уцелевших судах, Стратокла призвали к ответу. На гневные обвинения толпы он ответил: «А что, собственно, страшного с вами приключилось? Вы провели в радости два дня — только и всего!»

Во время правления Деметрия Фалерского в Афинах в 317—307 годах Стратокл, возможно, был в оппозиции к ставленнику правителя Македонии Кассандра. Однако, учитывая единоличный характер правления Деметрия Фалерского, деятельность Стратокла могла быть исключительно подпольной и античные источники о его жизни в этот период времени ничего не сообщают. В 307 году в Элладу вторглись войска Антигона под командованием его сына Деметрия Полиоркета. Вторжение было подкреплено пропагандистским приёмом — обещанием свободы для греческих полисов. Появление флота Деметрия рядом с Афинами вызвало энтузиазм среди горожан. Войско Деметрия Фалерского отказалось сражаться, а Народное собрание заставило его начать переговоры с «освободителем». Афиняне, согласно античной традиции, восприняли конец правления Деметрия Фалерского с воодушевлением. Статуи тирана-философа были немедленно сокрушены, некоторые из них переплавлены в ночные горшки, а напротив его имени в списке архонтов поставлено определение «год беззакония». Официально в Афинах была восстановлена демократия.

На службе у Антигона I Одноглазого и Деметрия Полиоркета

Деметрий Полиоркет был встречен в городе с ликованием. Стратокл предложил воздать ему беспрецедентные почести. Диодор Сицилийский и Плутарх по-разному описывают их детали, однако оба автора связывают их введение с именем Стратокла. Диодор упоминает возведение позолоченных статуй Антигона и Деметрия на Агоре рядом со статуями тираноубийц Гармодия и Аристогитона; посвящение им алтаря с надписью «Сотерам» («Спасителям»); учреждение ежегодного празднества с агонами, жертвоприношениями и торжественными шествиями; учреждение двух новых фил — Антигониды и Деметриады; решение выткать на священном пеплосе Афины изображения Антигона и Деметрия, а также дарование обоим правителям золотых венков стоимостью в двести талантов. Плутарх упоминает об образовании новых фил, возведении алтаря и помещении изображений Антигона и Деметрия на пеплос Афины, а также приводит ещё девять, среди которых возведение жертвенника на том месте Аттики, куда впервые ступил Деметрий, замену «послов» к Антигону «феорами» (до этого религиозная должность), а архонтов-эпонимов — жрецами «спасителей». При сопоставлении свидетельств двух авторов, историки отдают предпочтение информации из «Исторической библиотеки» Диодора, а не «Сравнительных жизнеописаний» Плутарха, которые по их мнению в данном вопросе не заслуживают доверия.

Стратокл был лидером партии демократов, которая, хоть и получила власть в Афинах, полностью зависила от Антигонидов. Стратокл, который не занимал каких-либо официальных должностей, выполнял роль оратора, по предложению которого Народное собрание принимало соответствующие решения. Большая часть из сохранившихся 28 принятых по инициативе Стратокла декретов относится к дарованию тех или иных почестей лицам (в частности, благодетелем Афин с дарованием прав гражданства стал придворный Деметрия Алкей), в том числе и посмертных, и городам, которые оказали услуги Афинам. Часть из них составлялись после того как Деметрий письменно извещал афинян о соответствующих заслугах. Согласно Плутарху, Стратокл даже предложил Народному собранию принять постановление: «Афинский народ постановляет — всё, что ни повелит царь Деметрий, да будет непорочно в глазах богов и справедливо в глазах людей». На слова кого-то из граждан, что Стратокл безумец, раз предлагает такое постановление, племянник Демосфена Демохар отметил: «Напротив, он был бы безумцем, если бы не был безумцем». В 304/303 году Стратокл добился изгнания Демохара.

Из всех инициатив Стратокла, направленных на угождение Деметрию, наиболее циничной выглядит история с Элевсинскими мистериями. После того как весной 302 года Деметрий прибыл в Афины, он захотел быть немедленно посвящённым в Элевсинские мистерии. Для этого надо было пройти три ступени посвящения. В месяце антестерионе допускали к малым таинствам, через полгода в боэдромионе — к великим, а ещё через год — к полноценным мистериям. Ведавший обрядом жрец Пифодор категорически отказался отходить от многовековой процедуры. Тогда, по предложению Стратокла, месяц мунихион этого года был законодательно объявлен антестерионом, затем — боэдромионом, после чего Деметрий получил право быть допущенным к великому посвящению. Такой фарс с религиозными церемониями оскорбил многих из афинян. Ситуация нашла отображение в одной из комедий Филиппида: «Годичный целый срок в единый месяц сжал».

После поражения Антигона при Ипсе в 301 году Стратокл в один момент утратил всё своё влияние в Афинах. Последнее упоминание Стратокла в эпиграфических надписях связано с предложенным им декретом оказать почести Филиппиду, сыну Филомела, 292 года

Оценки В целом античные и современные источники изображают Стратокла преимущественно в негативном контексте. Политик представлен льстецом и ставленником Деметрия, для которого интересы родного города были вторичными. Плутарх считал, что вся общественная и ораторская деятельность Стратокла была направлена в первую очередь на получение собственной выгоды. Согласно данному античному историку, Стратокл вместе с таким же недобросовестным политиком Дромоклидом называл ораторскую трибуну «золотой жатвой». Плутарх считал, что Стратокл «отличался необыкновенною дерзостью, жизнь вёл беспутную и разнузданную и в своём беззаботном и пренебрежительном отношении к народу подражал, казалось, гнусному шутовству Клеона». Данные негативные оценки античные авторы дополняли сведениями о распутной жизни Стратокла. Афиней писал, что у него была любовница Лима, которую также называли Дидрахмой, так как она «за две драхмы … шла к любому желающему». Плутарх приводит слова Стратокла гетере Филакион, которая принесла с рынка мозги и шеи: «Ты купила к обеду те самые мячи, которыми мы перебрасываемся, когда решаем государственные дела!»

В истории с золотым венком Плутарх видел буффонаду, в то время как современный историк Д. Бейлисс — направленную на успокоение граждан уловку.

Комедиограф Филиппид так охарактеризовал деятельность своего современника Стратокла:

Д. Ромм охарактеризовал Стратокла оппортунистом. К. Ю. Нефедов — лидером радикальных демократов в Афинах, который зарекомендовал себя ставленником Антигонидов. Власть Стратокла зависела исключительно от влияния Антигона и Деметрия в эллинистическом мире. Как отмечал А. С. Шофман, цинизм ситуации в почестях Антигону и Деметрию за спасение города от тирании заключалась в том, что в 317 году город попал под власть Кассандра и Деметрия Фалерского, не в последнюю очередь благодаря союзу Кассандра с Антигоном. Когда власть Антигонидов пошатнулась, Стратокл участвовал в репрессиях против тех афинян, которые выступали против Деметрия. В 302—301 годах , когда против Антигона и Деметрия сформировалась мощная коалиция из влиятельных диадохов Кассандра, Лисимаха, Птолемея и Селевка, имена «спасителей» Афин пропали из официальных актов Народного собрания. По мнению П. Пашидиса, это было связано с тем, что афиняне, в том числе и Стратокл, заняли выжидательную позицию.

По мнению П. Пашидиса, характеристика Стратокла как марионетки Антигонидов справедлива лишь относительно 303—302 годов , когда Стратокл принимал непосредственное участие в репрессиях против оппозиции. Соответствующие законодательные инициативы в первые годы после освобождения Афин от тирании Деметрия Фалерского можно объяснить желанием сохранить Афины и добиться от нового правителя соответствующих льгот. Как бы то ни было, политика Стратокла не нашла поддержки среди афинян. Даже после повторного захвата власти в городе Деметрием он не смог вернуть себе былого влияния. Афиняне воспринимали Стратокла лакеем временных повелителей города Антигонидов. Однако, как отмечает Д. Бейлисс, Стратокл, в отличие от других потерявших власть афинских политиков не только не был казнён, но и избежал изгнания. Это может свидетельствовать об его относительно мягкой внутренней политике. Хоть Стратокл и запомнился гражданам своим чрезмерным угодничеством в отношении Антигонидов, он не приобрёл множества врагов и не совершил преступлений, за которые его могли бы отправить в изгнание.

П. Пашидис отмечает, что биография Стратокла представляет собой новый «эллинистический» этап развития взаимоотношений между греческими полисами и монархиями диадохов. На примере Афин было показано, что не только олигархия, но и демократия совместима с верховной властью царя. Оказалось что для нормального сосуществования монархий и полисов не было необходимости в свержении привычных для них форм правления.

Примечания

Литература

Источники

Исследования

Категория:Государственные деятели Афин Категория:Политики Древних Афин Категория:Государственные деятели IV века до н. э.