Травматическая связь — это сильная эмоциональная привязанность между жертвой и обидчиком, сформировавшаяся в результате цикла насилия. Двумя основными факторами, участвующими в установлении травматической связи, являются: дисбаланс власти и периодическое подкрепление хорошего и плохого обращения (вознаграждение и наказание). Концепцию травматической связи разработали психологи и Сьюзен Пейнтер. Травматическая связь обычно предполагает однонаправленные отношения между жертвой и преступником, только жертва привязывается к преступнику.
Травматические связи могут возникать в:
романтических отношениях платонической дружбе отношениях между родителями и детьми кровосмесительных отношениях культах ситуациях с заложниками отношениях между менеджерами и их непосредственными подчиненными торговле людьми в целях сексуальной эксплуатации (особенно у несовершеннолетних) процессе прохождения службы военнослужащими.
Основа для травматической связи (со стороны насильника):
террор доминирование непредсказуемость.
По мере того, как травматическая связь между обидчиком и жертвой усиливается и углубляется, это приводит к противоречивым чувствам тревоги, оцепенения и горя у жертвы, которые проявляются по циклической схеме. Часто жертвы травмирующих связей не обладают свободой воли и автономией, а также не имеют индивидуального самоощущения. Их самооценка является производной от высказываний обидчика о них.
Травматическая связь оказывает серьёзное пагубное воздействие на жертву не только до тех пор, пока сохраняются отношения, но и после.
Долгосрочные последствия травматической связи:
сохранение жертвой оскорбительных отношений неблагоприятные последствия для психического здоровья (низкая самооценка, повышенная вероятность депрессии и биполярного расстройства) сохранение цикла жестокого обращения из поколения в поколение.
Жертвы часто не могут разорвать оскорбительные отношения или возвращаются к ним после разрыва. Контекст В 1980-х годах Дональд Г. Даттон и Сьюзан Л. Пейнтер исследовали концепцию теории травматической связи в контексте жестоких отношений и избиений женщин. Исследование было продолжено в контексте отношений между родителями и детьми, сексуальной эксплуатации и многого другого. Травматическая связь была описана как «злоупотребление страхом, возбуждением, сексуальными чувствами и сексуальной физиологией с целью запутать другого человека». также изучал теорию травматической связи, исследуя её конкретно в контексте предательства, которое включало эксплуатацию обидчиком доверия и/или чувства власти над жертвой. Формирование Жертва может сформировать травматическую связь с насильником:
при наличии предполагаемой угрозы со стороны насильника при убеждённости в том, что насильник выполнит угрозу при восприятии некоторой формы доброты со стороны насильника в условиях изоляции при осознании отсутствия способности выйти из ситуации.
Первый случай насилия часто воспринимается жертвой как аномалия, как разовый случай. Выражение привязанности и заботы со стороны обидчика после инцидента умиротворяет жертву и вселяет в неё уверенность в том, что насилие больше не повторится. Однако неоднократные случаи жестокого обращения вызывают когнитивный сдвиг в сознании жертвы: она начинает думать, что предотвращение жестокого обращения в её силах. Когда неизбежность насилия становится очевидной, травматическая связь уже слишком сильна. Дисбаланс сил Между обидчиком и жертвой должна существовать разница во власти, при которой обидчик обладает властью и авторитетом, а жертва — нет.
Испытывая периодическое наказание со стороны обидчика/доминатора, обладающего властью, жертва может усвоить восприятие себя обидчиком, жертва винит себя в ситуациях насилия, совершаемого обидчиком, что может негативно повлиять на самооценку жертвы.
Физическое, эмоциональное и сексуальное насилие может использоваться для поддержания дисбаланса сил. Происходит взаимодействие на основе чувства власти обидчика и чувства бессилия и подчинения жертвы.
Периодическое подкрепление Жестокое обращение с жертвой выражается в форме физического, словесного, эмоционального и/или психологического насилия. Оно чередуется с позитивным поведением (выражение привязанности и заботы, проявление доброты, дарение жертве подарков и обещание не повторять насилие). Чередование поощрений и наказаний имеет решающее значение для установления и поддержания травматической связи.
Важность периодического подкрепления можно объяснить с помощью теории обучения и бихевиористской точки зрения. При наличии аверсивного стимула подкрепление непредсказуемыми способами является ключевым компонентом обучения (когда учащийся не может предсказать, когда он получит награду, обучение становится максимально мотивированным). Точно так же неожиданными являются периодические проявления привязанности и заботы, а неспособность их предсказать делает их более востребованными. Прерывистое подкрепление порождает модели поведения, от которых трудно избавиться, развиваются невероятно сильные эмоциональные связи.
Поддержание Травматическую связь поддерживают дисбаланс сил, периодичность насилия, финансовая зависимость от насильника или инвестиции в отношения (ребёнок от насильника).
Теория когнитивного диссонанса постулирует, что конфликт между убеждениями и действиями мотивирует уменьшить или устранить несоответствие, чтобы минимизировать психологический дискомфорт. Поэтому жертва искажает свои представления о насилии в отношениях, чтобы сохранить позитивный взгляд на эти отношения, что выражается в:
рационализации поведения обидчика оправдании насилия минимизации последствий насилия со стороны обидчика самообвинении.
Воспоминания о случаях жестокого обращения разобщены или зависят от душевного состояния (вспоминаются случаи жестокого обращения только тогда, когда ситуация по интенсивности и опыту аналогична исходной ситуации террора).
После разрыва жертвой оскорбительных отношений немедленное облегчение начинает ослабевать и проявляется лежащая в основе травматической связи глубокая привязанность, сформированная в результате периодического подкрепления. Всплывают воспоминания о случаях, когда обидчик временно проявлял нежность и заботу. Желая ещё раз получить эту любовь, жертва может попытаться вернуться к оскорбительным отношениям.
Социальная поддержка может быть защитным фактором, сохраняющим функционирование жертвы и обеспечивающим буфер в травмирующих ситуациях.
Роль привязанности Джон Боулби утверждал, что надёжная привязанность — это эволюционно обоснованная человеческая потребность, превосходящая даже потребность в пище и воспроизводстве.
Принципы, объясняющие привязанность между опекунами и младенцами, могут также объяснить привязанность на протяжении всей жизни, особенно в контексте интимных отношений и романтических связей.
Привязанности детства закладывают основу для межличностных отношений, характеристик личности и психического здоровья в будущем. Исследования Харлоу на обезьянах показывают, что детеныши обезьян формируют связи привязанности даже с жестокими матерями (в экспериментальной установке жестокой «матерью» была обезьяна, сделанная из ткани, которая наносила детенышу легкие удары током или швыряла его).
Даже в ситуациях, когда непосредственные опекуны жестоко обращаются с детьми, человеческие младенцы по-прежнему склонны к ним привязываться — на отказ со стороны опекуна следуют усилия по увеличению близости с ним.
В ситуациях опасности люди стремятся к большей привязанности. Когда обычные способы привязанности недоступны, люди склонны привязываться к своим обидчикам, что может быть адаптацией в краткосрочной перспективе, поскольку может способствовать выживанию. В долгосрочной перспективе эта привязанность является неадаптивной и может повысить уязвимость и даже напрямую привести к травматической привязанности.
Стокгольмский синдром Понятие травматической связи часто путают со Стокгольмским синдромом. Сходство выражается в контексте развития эмоциональной связи с обидчиком. Основное отличие — направленность отношений. В то время как травматическая связь является однонаправленной (только жертва эмоционально привязывается к обидчику), Стокгольмский синдром является двунаправленным.
Сферы проявления травматической связи В оскорбительных отношениях Нездоровая или травмирующая связь возникает между людьми, находящимися в оскорбительных отношениях. Эта связь сильнее у людей, выросших в семьях, в которых применялось насилие, потому что им это кажется нормальной частью отношений. Присутствуют три основных компонента травматической связи: оправдание насильника посредством когнитивных искажений; психологические последствия жестокого обращения; любовь.
Чем дольше продолжаются отношения, тем труднее людям оставить насильников, с которыми они связаны.
Причин, по которым жертва пытается сохранить оскорбительные для неё отношения:
страх дети финансовые ограничения.
Избитые женщины Относительно женщин, подвергшихся насилию, первоначально придерживались мнения, что возвращение жертвы к жестоким отношениям — показатель дефектной личности, мазохизма. Обвинению жертвы способствовала гипотеза справедливого мира (люди получают то, что им причитается), по которой жертва рассматривается как заслуживающая любых негативных последствий. Однако исследования женщин, подвергшихся избиению, и исследования травматических связей показали, что это не так. На женщину, остающуюся в жестоких отношениях, влияет множество факторов: от семейного анамнеза и ролевых ожиданий до доступа к ресурсам и динамики самих отношений. Важнейшим является наличие травматической связи. Жестокое обращение, перемежающееся периодами доброты, формирует травматическую связь, заставляющую жертву испытывать положительные чувства по отношению к обидчику.
Среди избитых женщин наблюдается трёхфазный процесс:
постепенное нарастание напряжения «взрывной инцидент с избиением» мирное выражение любви и привязанности со стороны обидчика. Повторяющийся и циклический характер этих фаз приводит к возникновению травматической связи.
Секс-торговля Травматические связи чрезвычайно распространены в ситуациях торговли людьми в целях сексуальной эксплуатации, груминга детей, коммерческой сексуальной эксплуатации детей и отношениях сутенёра и проститутки.
Грумминг детей Груминг детей предполагает установление и поддержание травматической связи между ребёнком и обидчиком.
Факторы установления травматической связи в груминге:
дисбаланс сил периодическое подкрепление завоевание доверия окружающих ребёнка завоевание доверия ребёнка и одновременное нарушение его границ.
Угощения и поездки используются в качестве взятки для получения доступа к ребёнку.
Тематическое исследование жертвы груминга детей показали, что жертва воспринимала обидчика, как:
благодетеля заместителя родителя контролера сознания
С точки зрения благодетеля, агрессор в этом исследовании делал все возможное, чтобы дать жертве то, что ей было нужно: от поиска работы до подарка ей участка земли под первый дом.
В роли заместителя родителя насильник консультировал и предлагал эмоциональную поддержку во время кризиса.
Эти две роли (благодетель и заместитель родителя) представляли собой хорошее обращение, необходимое для установления травматической связи. Роль обидчика, как контролера сознания, включала в себя тенденции контроля и доминирования, имитирующие промывание мозгов. Эта комбинация создала травматическую связь, которую жертве было невероятно трудно разорвать, потому что отказ от эмоциональной связи в целом также подразумевал бы отказ от привилегий и льгот — поездок, подарков, угощений, потерю наперсника и опекуна.