Белорусизация в Псковской губернии — комплекс мер в рамках советской политики, направленный на создание белорусскоязычных учреждений образования и культуры на территории Псковской губернии в 1920-е годы.
Политика охватывала преимущественно Невельский, Себежский и Велижский уезды, которые были переданы Псковской губернии в 1924 году после ликвидации Витебской губернии. Процесс инициировался центральными властями в Москве, но столкнулся с жёстоким саботажем со стороны местной администрации, катастрофическим финансовым положением системы образования в период новой экономической политики и непринятием со стороны самого местного населения, которое было охвачено процессами русификации.
Предпосылки и демографическая ситуация До 1924 года территории Невельского, Себежского и Велижского уездов входили в состав Витебской губернии. В марте 1924 года состоялось первое укрупнение БССР, в результате которого Витебская губерния была ликвидирована, а её основная часть передана Советской Белоруссии. Однако три северных уезда, Невельский, Себежский и Велижский, остались в составе РСФСР и были включены в Псковскую губернию.
Эти территории исторически имели значительную долю белорусского населения. Однако к середине 1920-х годов ситуация существенно изменилась из-за стремительной русификации. Согласно данным Всесоюзной переписи 1926 года, в Псковской губернии проживало 34 277 этнических белорусов (1,92% от всего населения), но только 1 258 человек (0,07%) назвали белорусский язык родным.
В отдельных уездах доля представителей национальности оставалась заметной: в Велижском уезде белорусами себя считали 35% жителей (по другим данным исследователей — 13,5%), в Невельском — 32% (или 6,3%), в Себежском — 27,5% (или 1,2%). Несмотря на это, подавляющее большинство местных белорусов уже считало родным русский язык.
Экономические факторы и миграция Одной из главных причин русификации и непринятия белорусизации был экономический фактор. В отличие от Смоленщины или Брянщины, имевших собственную промышленность, экономика южных уездов Псковщины носила ярко выраженный потребительский характер. В регионе не хватало даже собственного хлеба.
Экономические связи с Беларусью были очень слабыми: из БССР получали спички, а в Витебск отправляли немного рыбы. Главным центром притяжения для местных жителей стал Ленинград, куда десятки тысяч крестьян ежегодно выезжали на отходные промыслы, то есть заработки. Только из Невельщины в Ленинград ежегодно выезжало около 16 тысяч человек. Из-за этого местное население видело необходимость именно в русском языке, который обеспечивал социальное продвижение и выживание в российских городах.
Влияние НЭПа и кризис образования Политика белорусизации, которая требовала открытия новых школ, совпала во времени с переходом к новой экономической политике (НЭП). В начале 1920-х годов школы были сняты с государственного финансирования и переведены на содержание местных бюджетов, не имевших средств.
Это привело к катастрофическому сокращению школьной сети. Учителя не получали зарплату месяцами и буквально голодали. Псковское губернское руководство народного просвещения было вынуждено ввести плату за обучение и создавать так называемые «договорные школы», которые содержались самими крестьянами за счёт натурального налога. В таких условиях, когда стоял вопрос о физическом выживании массовой школы, требования Москвы о создании отдельных белорусских школ воспринимались местными властями как нелепые и невыполнимые.
Саботаж со стороны местных властей Москва, в лице Совнацмена Наркомпрос РСФСР, начала требовать от Пскова проведения белорусизации в 1925 году. Губернское и уездное руководство всячески саботировало эти директивы. Главным аргументом местных чиновников было то, что «у нас белорусов нет», а есть только русские, которые разговаривают на «портном» или «жаргонном» русском языке.
В 1926 году Псковское губернское руководство народного просвещения в отчёте Наркомпросу заявляло, что белорусы Невельского, Велижского и Себежского уездов настолько обрусели, что считаются белорусами только по названию. Чиновники ссылались на то, что во время опросов население категорически отказалось от культурно-просветительской работы на белорусском языке.
Отношение населения Сами белорусские крестьяне Псковщины не понимали и не принимали политику белорусизации. Когда власти проводили собрания по вопросу открытия белорусских школ, крестьяне массово голосовали против. Они заявляли, что «Белорусский язык давно сгнил» и требовали: «Зачем нам учить детей панскому языку, учите нас по-русски».
Показательный случай произошёл в 1927 году на Невельщине. Когда специальный белорусский инспектор начал выступать перед крестьянами на литературном белорусском языке, из зала ему заявили: «Когда говоришь по-русски — на человека похож, приятно посмотреть; а заговоришь по-белорусски — настоящий крокодил». На собраниях крестьяне также удивлялись результатам переписей и обвиняли учителей в том, что те их без разрешения «перекрестили в белорусов».
«Бумажные» школы и свёртывание политики Под постоянным давлением Москвы псковские власти были вынуждены формально подчиниться. К 1928/1929 учебному году в отчётах фигурировало около 25 белорусских школ.
Однако эти заведения были белорусскими только на бумаге. Из-за полного отсутствия кадров (местные учителя отказывались ехать на курсы переподготовки в Минск или возвращались с них, так и не усвоив литературный язык) преподавание всех базовых предметов продолжало вестись на русском языке. Максимум, что делалось в таких школах — это эпизодическое чтение белорусских стихов и разучивание песен.
С началом 1930-х годов на фоне изменения общесоюзного политического курса и перехода к всеобщему обучению, политика белорусизации в Псковском крае была окончательно и быстро свёрнута. Все формально созданные белорусские учреждения были официально переведены на русский язык.
См. также Белорусы в России История Псковской области
Примечания
Литература
Категория:Белорусизация Категория:Псковская губерния Категория:Белорусы в России Категория:Языковая политика СССР Категория:1920-е годы в Псковской области