Роман Дмитриевич Карамышев — представитель древнего русского дворянского рода Карамышевых, пусторжевский помещик, активный участник событий Смутного времени, окладчик (выборное лицо, отвечавшее за проверку земельных и денежных окладов). Прославился участием во взятии Освея в период русско-польской войны.
Происхождение Роман Дмитриевич принадлежал к пусторжевской ветви дворянского рода Карамышевых, происходившего, по преданию, от татарина Карамыша, выехавшего на службу в Москву в начале XV века. В литературе (В. Е. Рудаков, Н. П. Лихачев, Н. В. Мятлев) родоначальник упоминается как татарский князь КарамышСлужилый род Московской Руси: Карамышевы. С. 25—27.. Род был внесён в VI часть родословных книг Псковской, Тамбовской и Тверской губерний.
Согласно родословной росписи, поданной Карамышевыми в Палату родословных дел в 1686–1688 годах, легенда о выезде Карамыша открывала документ, однако её начало было утрачено уже к концу XVIII века. В справке Разрядного архива 1797 года указано: «В поданной в бывший Разряд от фамилии Карамышевой родословной росписи у оной начала нет»Служилый род Московской Руси: Карамышевы. С. 19—23.. В уцелевшей части текста сохранилась ссылка на родоначальника: «…а у Михаила Семеновича у Карамышева внука…»Там же. С. 24.. Имя Романа Дмитриевича вписано в родословную роспись Карамышевых.
Важное генеалогическое уточнение: Согласно писцовым книгам, Дмитрий Никитич был не сыном, а родным братом Ивана Меньшого Никитича. Соответственно, Роман Дмитриевич приходится племянником, а не внуком Ивана Меньшого. Это принципиальный момент, исправляющий ошибку, заложенную в официальной родословной росписи XVII векаСлужилый род Московской Руси: Карамышевы. Родословная роспись. Комментарии.. Его отцом был Дмитрий Никитич Карамышев (VI-24), дедом — Никита Федорович (V-21)Служилый род Московской Руси: Карамышевы. Родословная роспись..
Биография
Землевладение в конце XVI века Первое упоминание Романа Дмитриевича в источниках относится к 1582/1583 году. В писцовой книге Пусторжевского уезда он значится как бывший владелец поместных земель во Влицком станеПисцовая книга Пусторжевского уезда 1582/1583 г. (РГАДА, Ф. 1209).. Согласно переписи, в его владении ранее находились деревни Дорка (Горка), Костково, Решетниково (с припущенным селищем Кротово) и починок Попков. Однако к моменту описания уезда все эти земли уже числились «в пусте» и были переданы в поместье князю Богдану Васильевичу Гагарину. Предполагается, что Роман Дмитриевич лишился своих владений в результате военных действий Ливонской войны или опричных разорений, что было типично для служилых людей северо-западных рубежей того времени.
Служба в Смутное время Во время Смуты Роман Карамышев активно воевал против отрядов Речи Посполитой. В разрядной документации, присланной в Москву невельским воеводой Григорием Валуевым в 1613/1614 году, он упоминается как дворянин с высоким поместным окладом в 700 четвертей земли и денежным окладом из Чети в 20 рублей, что относило его к более привилегированной категории служилых людей («четвертчикам»)Разрядная документация невельского воеводы Г. Валуева, 1613/1614 г..
Особая отметка в списке свидетельствует о придаче к окладу 50 четвертей земли и 4 рублей денег «за отличие, проявленное при взятии литовского города Освей, и за сеунч». Сеунч — донесение о военной победе — Роман Дмитриевич доставил государю лично, что говорит о личном доверии к нему со стороны воеводы Григория Валуева и наличии доступа к царскому двору.
Факт пожалования за сеунч был зафиксирован в Книге сеунчей под 25 января 1614 года: Роману Карамышеву было выдано государево жалованье у Казны — «тафты доброй девять аршин» (стоимостью 2 рубля 6 алтын 4 деньги), сорок куниц (ценой в 10 рублей) и серебряная чаркаКнига сеунчей 1613–1619 гг. / Публ. А. Л. Станиславского. — М.; Варшава, 1998. — Под 25 января 1614 г..
Окладчик при сыске 1614 года Весной-летом 1614 года новый невельский воевода князь Семён Гагарин проводил масштабный сыск для уточнения поместных и денежных окладов служилых людей. Роман Карамышев неоднократно привлекался к этой работе в качестве окладчика — авторитетного выборного лица из числа местных дворян, ручавшегося своей честью за достоверность сведений о землях и службе сослуживцев.
Он действовал в одной комиссии с такими же видными фигурами уезда, как Иван Широносов, Богдан Кокошкин и Дмитрий КобылинСыскное дело невельского воеводы кн. С. Гагарина 1614 г., л. 482.. Его «сказки» значатся в документах от 22 апреля, 22 мая и 17 июня 1614 годаТам же, л. 484, 489.. Постоянное участие в сыскных комиссиях подтверждает его высокий статус и доверие со стороны воеводской администрации.
Восстановление поместного комплекса (1627–1629) К концу 1620-х годов Роман Дмитриевич целенаправленно восстановил и расширил родовой земельный комплекс, собирая выморочные и запустевшие земли родственников. Это стало возможным благодаря нескольким юридическим актам, зафиксированным в писцовой книге Пусторжевского уезда 1627–1629 годовПисцовая книга Пусторжевского уезда 1627–1629 гг. (РГАДА, Ф. 1209, Оп. 1, Д. 818).:
Земли во Влицком стане закреплены по «отдельной выписи» отдельщика Кирилла Княжнина 1619 года. Владения в Пятницком стане оформлены по «государевой грамоте» 1624 года за подписью дьяка Венедикта Махова. Поместья в Ополенском стане закреплены ещё одной «отдельной выписью» того же Кирилла Княжнина 1628 года.
К моменту составления писцовой книги 1627–1629 годов часть земель, закреплённых за ним ранее, уже была передана во владение его старшим сыновьям. В личном владении Романа Дмитриевича на этот момент находились следующие земли:
Стан Владения (населённые пункты и пустоши) Предыдущие владельцы (из рода Карамышевых) Влицкий Пустоши Долгая (Продолжая), Михайлово, Бор Гущин Никита Карамышев Пустошь Озерки (Жуково) Племянница Акулина Карамышева Сельцо Павлово, пустоши Исакова (Васкова), Бутакова, Ржавник, Хилова Фёдор Карамышев Ополенский Сельцо Луг (1 двор землевладельца, 1 холоп) — 2/3 деревни Пашкина (1 крестьянский, 2 бобыльских двора) — Пустоши Тучной Мох, Чюриловской Заход (Жар), Верина, Фомина, Живущая, Пишхина (Зенково) Иван Меньшой Никитич Карамышев Пустоши Микулина, Скочкова, Москотово, Олех, Кинича (Никоново) Иван, затем Никита Карамышевы Деревня Минино (1 крест., 2 боб., 2 пустых двора) — Пустоши Хилково, Шахова, Грибово, Породино, Аристово, Феково, Марина, Погорелое, Павлова, Левоново (Поздово), Михеево, Векшина Гора Фёдор Владимирович Карамышев Пустошь Федкова Ирина (жена Фёдора Карамышева) Пятницкий Пустошь Климятино (Козюлино) Никита Карамышев
Семья У Романа Дмитриевича было шестеро сыновей: Кирилл, Пётр, Иван, Семён, Григорий и Лукьян. Раздел обширного отцовского поместья прослеживается по писцовым и переписным книгам у троих из них.
Кирилл Романович унаследовал значительный массив земель в Влицком и Ополенском станах, включая сельцо Голубино, селища Савастьяново и Горончарово, а также обширные пустоши: Беликова, Смекова, Черничкин, Грядное, Офремова, Станище, Булатова, Ивовищо, Горка, Устинова, Подлипочье, Калистов Куст, Кладовицы, Окулино, Гороховище, Луковец, Копенкин Заход, Ондреевичи, Руднево, Махново, Скоморохова, Юрьев Заходец. Часть этих земель ранее принадлежала Ивану Меньшому Никитичу КарамышевуСлужилый род Московской Руси: Карамышевы. Сведения о детях Романа Дмитриевича.. В конце жизни Кирилл Романович принял монашеский постриг с именем Корнилий и был похоронен в Псково-Печерском монастыре. Григорий Романович получил в вотчину треть деревни Пашкина в Ополенском стане, в то время как остальные две трети остались за отцом. Впоследствии он служил воеводой в Невеле и Ладоге, участвовал в походах против поляков. Лукьян Романович стал владельцем сельца Луг в Ополенском стане (перешедшего к нему от отца после 1629 года), где впоследствии на его средства была построена церковь Чудотворца Николая. При церкви имелись образа, сосуды и книги — всё «его Лукьяновы». За ним также числились деревни Зенково, Пестино, Никоново, Фомин Починок и Чюриловский Заход. В них проживали не только крестьяне и бобыли, но и «старинные дворовые служивые люди», которых он брал с собой на службу, то есть содержал собственную вооружённую свитуСлужилый род Московской Руси: Карамышевы; Альманах «Карамыш». — Вып. 2. — С. 634—636..
Значение для историографии Биография Романа Дмитриевича Карамышева, детально отражённая в массовых источниках XVII века (писцовых, разрядных книгах, Книге сеунчей), неоднократно привлекала внимание исследователей. Историк С. Б. Веселовский в своём труде «Исследования по истории класса служилых землевладельцев» упоминает род Карамышевых, в том числе Романа Дмитриевича, как характерный пример провинциального дворянства, восстанавливавшего свои позиции после СмутыВеселовский С. Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. — М., 1969. — С. 270—271.. Его деятельность позволяет проследить на микроуровне механизмы поместной системы, практику земельных пожалований и социальную мобильность уездного дворянства в переломную эпоху.
Примечания
Литература Веселовский С. Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. — М.: Наука, 1969. Карамыш: Альманах. — Вып. 2. Книга сеунчей 1613–1619 гг. / Публ. А. Л. Станиславского // Памятники истории Восточной Европы. Источники XV–XVII вв. — М.; Варшава: Археографический центр, 1998. — Т. III. Служилый род Московской Руси: Карамышевы. Сторожев В. Н. Материалы для истории русского дворянства. — М., 1908. — Вып. 2.
Категория:Персоналии по алфавиту Роман Дмитриевич Категория:Участники русско-польской войны 1609—1618 годов (русские) Категория:Смутное время Категория:Дворяне России