Румы́нская сва́дебная му́зыка (, ) — комплекс обрядовых песен, инструментальных наигрышей, танцев, благопожеланий-ораций и рифмованных выкриков-, сопровождающих традиционный свадебный обряд () у румын Румынии, Республики Молдова и сопредельных этнографических регионов. Свадьба принадлежит к числу важнейших событий семейной жизни; исследователи описывают её как один из главных обрядов перехода в жизни человека и одновременно как настоящий многодневный спектакль с чёткими ролями и сценами. Эта сложная структура отражается и в богатстве свадебного музыкального репертуара; одни произведения строго обязательны и закреплены за конкретным моментом церемонии, другие свободно заимствуются из общего, неритуального репертуара веселья и застолья. Несмотря на региональные различия, основная последовательность обряда сохраняется по всей территории распространения; различия касаются прежде всего объёма и разнообразия художественных проявлений, а также степени сохранности традиции в отдельных местностях.
Ритуал включает досвадебный период (сватовство, помолвка, обход села с приглашением гостей), собственно свадебный день — с наряжанием невесты, бритьём жениха и главным застольем «маса маре», — и обряды второго дня, известные под разными региональными именами, среди которых самое распространённое — ункроп.
Свадебный репертуар включает словесные формы — орации и стригэтуры; хореографические формы — обрядовые танцы; и собственно музыкальные формы — обрядовые песни и заменяющие их инструментальные пьесы, а также марши. Центральный жанр — песня невесты, исполняемая в ключевые моменты обряда: при украшении невесты, при её прощании с родителями и при обряде повивания — смене свадебного убора на платок замужней женщины. Другие важные жанры — песня жениха, песня свекрови, «Зори» и другие обрядовые песни, а также ритуальный танец «данц» или «большая хора», отмечающие переходы и пороговые моменты церемонии.
Среди свадебных танцев представлены как симметричные, так и асимметричные ритмы. Некоторые мелодии сопровождают сразу несколько разных этапов обряда, образуя устойчивые мелодические циклы. Тексты песен и стригэтур почти всегда восьмисложны и нередко строятся на устойчивых зачинах и рефренах, самый известный из которых — «ладо», зафиксированный ещё в XVII веке.
Обрядовую часть репертуара в большинстве регионов исполняют профессиональные музыканты-лэутары, преимущественно цыгане. Согласно поговорке, «свадьба без лэутаров — не свадьба», что отражает важную роль лэутаров в музыкальном сопровождении многодневного торжества. Исключение составляет Трансильвания, где многие свадебные песни по традиции поют сами участники обряда.
Первые письменные упоминания о свадебных обычаях относятся к молдавским летописям XVII века и «Описанию Молдовы» Димитрия Кантемира (1716); первое систематическое этнографическое описание обряда дал в монографии «Румынская свадьба» (1890). В XX веке изучение свадебной музыки продолжили Бела Барток, Константин Брэилою, другие румынские и молдавские исследователи.
Свадебная музыка оказалась наиболее открытой к нововведениям среди всех форм румынского традиционного фольклора. В межвоенный период в неё проникли городская мода и духовые оркестры-фанфары; при коммунистическом режиме в Румынии (1944—1989) свадьба стала одним из главных поводов для исполнения крестьянской музыки вообще, а свадебные музыканты освоили электрическое усиление звука. Позднее они стали использовать синтезаторы и компьютерные технологии обработки звука, а развитие звукозаписи и звуковоспроизведения открыло перед ними новые технические возможности.
Место свадьбы в музыкальном фольклоре Румынский музыкальный фольклор функционально делится на две крупные, не всегда чётко разграниченные области: обрядовую музыку, обязательную для определённых событий, и внеобрядовую, не привязанную к конкретному случаю. Исследователи считают обрядовую музыку древнейшим слоем румынского музыкального фольклора. Она объединяет календарные обычаи — зимние праздники, весенне-летние и осенне-зимние обряды — и семейные обряды, отмечающие важнейшие рубежи человеческой жизни: рождение и крещение, свадьбу и похороны. Вера в магическую силу подобных произведений сохранялась на протяжении веков: многие из них продолжают существовать и сегодня, хотя их первоначальный смысл нередко утрачен.
Среди семейных обрядов центральное место занимают два основных «обряда перехода» в жизненном цикле (по терминологии французского антрополога Арнольда ван Геннепа) — свадьба и похороны. Из них именно свадьба отличается наиболее обширным репертуаром обрядовых песен. Это связывают с тем, что свадьба представляет собой не единый ритуальный акт, а, по выражению антрополога и этномузыколога , — «обрядовый спектакль», последовательность сменяющих друг друга сцен, каждая из которых сопровождается определённым музыкальным репертуаром и вовлекает практически всю сельскую общину. Несмотря на региональные различия, основная последовательность свадебного обряда сохраняется по всей территории распространения; различия касаются прежде всего объёма и разнообразия художественных проявлений, а также степени сохранности народной традиции в отдельных местностях.
История собирания и изучения
Ранние свидетельства Первые ещё отрывочные упоминания о свадебных обычаях восходят к молдавским летописцам XVII века — Григоре Уреке, Мирону Костину и Иону Некулче; этнографические подробности при этом оставались для летописцев второстепенными по сравнению с политической хроникой. Мирон Костин оставил подробное описание свадьбы дочери господаря Василе Лупу Марии с литовским князем Янушем Радзивиллом (Яссы, февраль 1645 года). Свадебный поезд (, от ) состоял из молодых боярских сыновей «на турецких конях, с украшениями», а торжества «с напевами и танцами, как местными, так и иностранными» () продолжались несколько недель. В том же сочинении, описывая свадьбу другой дочери Василе Лупу, Костин упомянул ритуальную песню невесты, исполненную дружками жениха, — «с Ладо, ладо, во всех углах» (), одна из старейших письменных фиксаций обрядового рефрена .
Ценные наблюдения оставили иностранные путешественники, посещавшие румынские земли. Итальянский миссионер Николло Барси (), побывавший в Яссах около 1640 года, упомянул многочисленные свадебные застолья, продолжавшиеся по три дня и три ночи. Сирийский архидиакон Павел Алеппский сообщил об обычае украшать свежими еловыми ветвями ворота домов и обочины дорог, по которым проезжал свадебный поезд, а также об обязанности невесты преподнести платок каждому участнику свадьбы. Венгерский посланник Янош Кемень, описывая княжескую свадьбу при дворе Василе Лупу, упомянул большую хору на городской площади: в ней участвовали 50—60 боярских девушек, державшихся за руки, иногда по кругу, иногда в длинной шеренге.
Первое систематическое описание свадебного ритуала принадлежит Димитрию Кантемиру («Описание Молдовы», 1716). Он изложил последовательность сватовства, собственно свадьбы и послесвадебных церемоний, приведя тексты благопожеланий-ораций (), произносимых при сватовстве и прощании невесты с родителями. Кантемир впервые попытался истолковать смысл рефренов и , связав их с гипотетическими дакийскими божествами любви и брака — Ладо и Мано, которых отождествлял с Венерой и Купидоном. Современные исследователи склоняются к славянскому происхождению терминов. Кантемир также отметил, что музыкантами на свадьбе «едва ли бывают не цыгане». Это одно из ранних письменных свидетельств о роли лэутаров в свадебной традиции.
Этнографические труды XIX — начала XX века Наиболее полное описание свадебного обряда XIX века оставил этнограф : в монографии «Румынская свадьба» (, 1890) он впервые выделил три этапа обряда — досвадебный, собственно свадебный и послесвадебный, — а также показал, что музыка сопровождала свадьбу уже на подготовительной стадии, в различных добрачных обычаях и молодёжных увеселениях. Сходные наблюдения содержатся в монографии Елены Севастос () «Nunta la Români» (1889) и путевых очерках Теодора Бурады, охватывающих в том числе молдавские сёла левобережья Днестра.
Краткие заметки о свадебных обычаях Бессарабии стали появляться с 1840-х годов в российской провинциальной периодике. В «Кишинёвских епархиальных ведомостях», куда сведения обычно присылали приходские священники, сохранились самые содержательные описания. В материалах из Оргеевского уезда сообщалось об обычае «кражи девушек», пышности свадебных поездов с конными ворничелами, обрядах украшения, прощания и повивания невесты, церковном венчании, ритуальных дорогах, большом столе, пире у нанашей и празднике второго дня «ункроп» — с активным участием тарафа лэутаров, с «национальной музыкой и танцами», а также с друшками, исполнявшими песни, стихотворные и выкрики-киоты; из Хотинского уезда — о печальной песне при наряжании венца невесты, прощании и повивании, орации при обмене колачами и местных свадебных наигрышах и танцах.
Подобное описание свадьбы оставил офицер Александр Защук в труде о географии и статистике Бессарабской губернии (1862). Он отметил живописность свадебных поездов, оживлённость шествий между домами жениха, невесты и нанашей, мастерство музыкантов-цыган, исполнявших «национальные молдавские песни», красоту свадебного танца, юмор благопожеланий-ораций, а также выразительность женских протокольных песен и драматизм печальной песни невесты. Свадебным обычаям посвящён также очерк священника и поэта Алексея Матеевича «Свадебные обычаи и ритуалы у молдаван Бессарабии» (, газета «Basarabia», 1906): автор описал помолвку, малый стол у невесты, танец приданого, а также песни и танцы, специфичные для молдавской свадьбы, — прежде всего ритуальный танец невесты на обряде повивания, известный под названиями остропэц (также хостропэц; ) и пэсэцел ().
Этномузыкология XX—XXI веков Ранние исследователи сосредоточивались преимущественно на описании обряда и фиксации текстов; в XX веке музыкальная сторона свадебного ритуала стала предметом самостоятельного изучения. Крупнейшие ранние полевые собрания румынского музыкального фольклора связаны с именем Белы Бартока, собравшего в 1908—1918 годах около 3500 румынских народных мелодий, в том числе обрядовых, в Бихоре, Марамуреше и Хунедоаре. Его полевые записи изданы посмертно в серии книг «Румынская народная музыка» (, 1967—1975). Систематическое изучение свадебного фольклора как отдельной области связано прежде всего с именем Константина Брэилою — основателя Архива фольклора при (1928). Впоследствии на базе архива был создан современный , носящий его имя. Брэилою посвятил свадебному обряду отдельные работы — брошюры «Свадьба в » (, 1938) и «Свадьба в Сомеше» (, 1941).
После 1945 года свадебную музыку исследовали работавшие в Институте этнографии и фольклора композиторы и исследователи Сабин Дрэгой, Паскал Бентою и другие. посвятила свадебному обряду и его музыке несколько работ, в которых охарактеризовала архаичный обрядовый стиль свадебной песни.
Параллельно развивалась и бессарабско-молдавская линия изучения обряда. В межвоенный период зону Кодр (жудец Лэпушна) детально исследовал фольклорист Петре Штефэнукэ. Он описал ритуальные обходы свадебных ворничелов с танцами и стригэтурами, киоты, обрядовый танец остропэц при выносе приданого и песню «Полно, Ладо, не плачь больше» () при украшении невесты. Среди других зафиксированных им эпизодов — «Танец курицы» за большим столом, «Танец рубашки невесты» на мелодии пэсэцел или остропэц и другие обряды. В 1930-е годы Николае Спэтару () в журнале «» описал влияние городской моды на традиционную свадьбу: духовые оркестры лэутаров — фанфары — вытесняли струнные тарафы, а вальс, танго, румба и фокстрот всё чаще звучали наравне с хорой и сырбой. Послевоенные систематические сборники свадебного фольклора Молдавской ССР выпустили Лидия Аксёнова, Константин Руснак, Глеб Чайковский-Мерешану, Пётр Стоянов, Думитру Блажину, Александру Дынул, и другие.