Гаванская конференция 1946 года — встреча лидеров американской мафии и национальных преступных синдикатов с целью определения политики, правил и разграничения интересов синдикатов в новую послевоенную эпоху. Эта конференция считается самым важным саммитом организованной преступности в США со времен конференции в Атлантик-Сити в 1929 году. Решения, принятые в Гаване, оказали влияние на всю территорию США в последующие десятилетия.
Считается, что конференцию в Гаване созвал главарь мафии Чарльз «Лаки» Лучано . В мероприятии приняли участие делегации, представляющие криминальные группировки со всей территории Соединенных Штатов. Мероприятие проходило в отеле "Насьональ де Куба" в Гаване в течение недели, начавшейся 22 декабря 1946 года.
Предыстория
Конференция проходила в отеле Hotel Nacional de Cuba . По имеющимся данным, организатором Гаванской конференции был криминальный авторитет Лаки Лучано. В начале Второй мировой войны Лучано отбывал тюремный срок от 30 до 50 лет за сутенерство . В 1942 году офицеры военной разведки США обратились к Джозефу «Соксу» Ланце и Мейеру Лански с предложением о сотрудничестве для Лучано. В то время Ланца был одним из боссов мафии, контролировавших рыбный рынок Фултон на Манхэттене, его работников и доки в Нижнем Манхэттене. Лански обладал более широкими полномочиями в городах вдоль Атлантического побережья. Военная разведка опасалась возможного саботажа со стороны нацистов в отношении доков и других объектов судоходства в Нью-Йорке и других портах Восточного побережья. Правительство сообщило Лучано, что если его семье удастся защитить порты Восточного побережья от саботажа, то по окончании войны он будет помилован и депортирован в Италию как свободный человек. Лучано согласился с предложением и оказал помощь правительству.Newark, Mafia Allies, pp. 99-111. Сотрудничество федерального правительства с организованными преступными группами для противодействия немецким диверсантам известно как операция «Подполье».
После окончания войны губернатор Нью-Йорка Томас Э. Дьюи согласился помиловать Лучано при условии, что ему никогда не будет разрешено вернуться в США. В феврале 1946 года, после пышной прощальной вечеринки на океанском лайнере, Лучано отплыл обратно в Италию. Сначала он поселился в Леркара-Фридди на Сицилии, затем переехал в Палермо, Неаполь и Рим. После того как итальянская полиция вынудила его покинуть Рим, он наконец обосновался в Неаполе и немедленно начал планировать возвращение в Соединенные Штаты.
В начале осени 1946 года Лучано получил запечатанный конверт от недавно депортированного американского мафиози, в котором было всего три слова: «Декабрь — Отель Насьональ». В конце сентября Лучано получил два итальянских паспорта, выданных на его настоящее имя, Сальваторе Лукания, с визами в Мексику, Кубу и ряд стран Южной Америки. Теперь Лучано мог посещать Западное полушарие и встречаться с криминальными сообщниками из США.
В конце октября Лучано совершил путешествие из Италии в Каракас, Мехико и, наконец, в Гавану. По приказу Лучано Лански организовал в Гаване конференцию криминальных авторитетов со всей территории Соединенных Штатов, которая должна была начаться 22 декабря. Лански тут же предложил Лучано приобрести за 150 000 долларов долю в отеле «Насьональ» — роскошном казино и гостинице, принадлежащем Лански и его тайному партнеру, президенту Кубы Фульхенсио Батисте-и-Сальдивару. Лучано согласился, и была назначена Гаванская конференция.
В декабре 1946 года Гаванская конференция началась, как и планировалось. Чтобы поприветствовать Лучано, вернувшегося из изгнания, и подтвердить его неизменный авторитет в мафии, все приглашенные на конференцию принесли ему конверты с наличными. Общая стоимость этих «рождественских подарков» превысила 200 000 долларов. На первом ужине, устроенном Лански, Фрэнком Костелло и Джо Адонисом, Лучано вручили деньги. Прикрытием для конференции лидеров организованной преступности была торжественная вечеринка, где публику развлекал Фрэнк Синатра. Синатра прилетел в Гавану из Чикаго вместе с кузенами Аль Капоне, Чарли, Рокко и Джозефом Фишетти. Джозеф «Джо Фиш» Фишетти, давний знакомый Синатры, выполнял функции его сопровождающего и телохранителя. Чарли и Рокко Фишетти передали Лучано чемодан с 2 миллионами долларов — его долю от американского рэкета, который он по-прежнему контролировал.
Наиболее актуальными вопросами повестки дня конференции были лидерство и авторитет в нью-йоркской мафии, контролируемые мафией казино в Гаване, операции с наркотиками и судьба Бенджамина Сигела, к которому у мафии были претензии особенно в связи с проектом отеля и казино «Фламинго» в Лас-Вегасе . Лучано, отсутствовавший на американской криминальной сцене несколько месяцев, был особенно обеспокоен ситуацией в Нью-Йорке. Босс Вито Дженовезе вернулся в Нью-Йорк из итальянской ссылки и не удовлетворился второстепенной ролью в организации.
Начало конференции Гаванская конференция состоялась 20 декабря 1946 года. На мероприятии присутствовали делегаты, представляющие Нью-Йорк, Нью-Джерси, Буффало, Чикаго, Новый Орлеан и Флориду. Самая многочисленная делегация руководителей была из региона Нью-Йорк-Нью-Джерси. На конференции присутствовали несколько крупных боссов Еврейского синдиката, чтобы обсудить совместные дела Коза Ностры и Еврейского синдиката. Согласно правилам конференции, еврейские делегаты не могли голосовать по правилам или политике Коза Ностры; однако еврейским криминальным авторитетам разрешалось участвовать в любых совместных коммерческих проектах, таких как отель «Фламинго».
Лучано открыл Гаванскую конференцию обсуждением темы, которая существенно повлияла на его авторитет в американской мафии: должность capo di tutti capi («босс всех боссов»). Последним официальным боссом всех боссов был Сальваторе Маранцано, убитый в сентябре 1931 года. К концу 1931 года Лучано упразднил эту высшую должность и реорганизовал итальянскую мафию в «Коза Ностру», т.е. «Наше дело» . Для надзора за преступной деятельностью, контроля за соблюдением правил и определения политики был создан совет директоров, обычно называемый «комиссией». Таким образом, Коза Ностра стала ведущей преступной организацией в составе Национального преступного синдиката .
Лучано мог бы с лёгкостью объявить себя наследником Маранцано ещё в 1932 году; вместо этого он решил осуществлять контроль за кулисами. Такая договоренность работала до возвращения Вито Дженовезе из Италии. Официально Дженовезе теперь был всего лишь капореджиме ; однако он ясно дал понять, что намерен взять под контроль криминальную семью Лучано . После депортации Лучано в 1946 году исполняющим обязанности главы семьи Лучано был его союзник Фрэнк Костелло. В результате напряженность между фракциями Костелло и Дженовезе начала нарастать. Лучано не собирался уходить с поста главы семьи; ему нужно было что-то сделать с Дженовезе. Лучано также осознавал, что Дженовезе угрожает его авторитету и влиянию в американской мафии, вероятно, при поддержке других криминальных авторитетов. Поэтому Лучано решил возродить должность босса всех боссов и присвоить её себе. Он надеялся, что другие начальники поддержат его, либо официально подтвердив его титул, либо хотя бы признав, что он по-прежнему «первый среди равных».
На конференции Лучано якобы внёс предложение о сохранении за собой должности главного босса Коза Ностры. Затем союзник Лучано, Альберт «Безумный Шляпник» Анастазия, поддержал это предложение. Анастазия проголосовал вместе с Лучано, потому что чувствовал угрозу после попыток Дженовезе вторгнуться в его портовый бизнес. Потерпев поражение от союза Лучано-Костелло-Анастазии, Дженовезе был вынужден подавить свои амбиции и начать строить планы на будущее. Чтобы ещё больше опозорить Дженовезе, Лучано предложил Анастазии и Дженовезе уладить свои разногласия и пожать друг другу руки в присутствии других боссов. Этот символический жест был призван предотвратить ещё одну кровавую войну между бандами, подобную Кастелламмарской войне 1930–1931 годов. Укрепив свои личные позиции и временно подавив амбиции Дженовезе, Лучано затронул тему наркоторговли в Соединенных Штатах.
Торговля наркотиками Одной из ключевых тем Гаванской конвенции стала глобальная торговля наркотиками и деятельность мафии в Соединенных Штатах. Давно существует миф о якобы отказе Лучано и Коза Ностры от торговли наркотиками. В действительности лишь немногие боссы, такие как Фрэнк Костелло и другие руководители прибыльных игорных империй, выступали против наркотиков. Антинаркотическая фракция считала, что Коза Ностра не нуждается в доходах от наркотиков, что наркотики привлекают нежелательное внимание правоохранительных органов и СМИ, и что широкая общественность считает их очень вредной деятельностью (в отличие от азартных игр). Сторонники операций с наркотиками утверждали, что они приносят гораздо больше прибыли, чем любая другая незаконная деятельность. Более того, если бы Коза Ностра игнорировала торговлю наркотиками, другие преступные организации подключились бы к этому процессу, что в конечном итоге ослабило бы власть и влияние Коза Ностры.
Сам Лучано долгое время был вовлечен в торговлю наркотиками, начав свою карьеру в конце 1910-х годов в качестве мелкого уличного торговца. В 1928 году, после убийства Арнольда Ротштейна, Лучано и Луис Бухальтер взяли на себя управление крупной бизнесом Ротштейна по контрабанде наркотиков. Начиная с 1920-х годов, Коза Ностра занималась ввозом наркотиков ( героина, кокаина и марихуаны ) в Северную Америку. В 1930-х годах организация начала перевозить наркотики из Золотого треугольника Восточной Азии и Южной Америки на Кубу и во Флориду. Американская мафия долгое время была связана с правительством Кубы в вопросах игорного бизнеса, включая казино, а также в сфере законных деловых инвестиций на этом карибском острове. Это позволило им использовать свои политические и криминальные связи, чтобы превратить Кубу в один из перевалочных пунктов для ввоза наркотиков в США. Затем их грузили на морские суда, которые продолжили путь в Канаду и Соединенные Штаты через Монреаль и Флориду — порты, используемые соратниками Лучано.
После депортации Лучано в Италию у него появилась возможность ввозить героин из Северной Африки через Италию и Кубу в США и Канаду. Производство героина в Италии в то время было законным. Лучано установил связи с крупнейшими сицилийскими боссами, такими как Дон Калоджеро «Кало» Виццини, который, как считалось, помогал союзникам во время вторжения на Сицилию и обладал самыми широкими политическими связями среди всех сицилийских боссов, и Паскуале Аниа, влиятельный босс в Палермо, имевший связи с легальными фармацевтическими компаниями. Эпизод с помощью мафии союзникам многими историками ставится под сомнение.Quando gli yankee sbarcarono nella terra dei "Don…"
В ходе Гаванской конференции Лучано подробно изложил главарям наркосети предлагаемый план. После прибытия на Кубу из Северной Африки мафия переправляла наркотики в контролируемые ею порты США, в основном в Нью-Йорк, Новый Орлеан и Тампу. Перевозку наркотиков в нью-йоркские доки контролировали преступные семьи Лучано (позже Дженовезе) и Мангано (позже Гамбино). В Новом Орлеане операция будет контролироваться криминальной семьей Марчелло во главе с Карлосом Марчелло . В Тампе поставки наркотиков должны были контролироваться преступной группировкой Траффиканте во главе с Санто Траффиканте-младшим. Делегаты Гаванской конвенции проголосовали за утверждение этого плана.