«Сур. Краткий отчёт об антарктической экспедиции „Ельчо“ в 1909—1910 годах» () — фантастический рассказ Урсулы Ле Гуин. Опубликован в журнале The New Yorker 1 февраля 1982 года, в том же году вошёл в состав авторского сборника «». Публиковался в антологии «Лучшие американские рассказы 1983 года».
Название, использующее испанское слово, означающее «Юг», — отсылает к творчеству Борхеса, а также к книге путешественника Эрнеста Шеклтона с тем же заглавием, задействуя имя корабля «Ельчо», эвакуирующего участников шеклтоновской экспедиции, и фамилию его капитана Пардо. По сюжету, открытие Южного полюса в действительности было совершено группой латиноамериканских женщин, спонтанно организовавших свою экспедицию в 1909 году, и не оставивших никаких следов.
Рассказ был отмечен критиками и литературоведами, которые интерпретировали его как постмодернистскую метафору литературного письма или остроумную деконструкцию истории с женской точки зрения. Распространены также трактовки текста как экофеминистской альтернативы колонизации, а также как утопии. В 1983 году «Сур» был удостоен премии «Локус» и вошёл в шорт-лист премии «Хьюго».
Сюжет В основе сюжета — вымышленный отчёт об антарктической экспедиции, совершённой в 1909—1910 годах группой из девяти южноамериканских женщин. Повествование ведётся от лица одной из участниц — жительницы Лимы (имя которой не называется, только прозвище «Великий Инка»), оставившей рукопись в чемодане на чердаке.
Повествовательницу заворожила Антарктида после прочтения газетных репортажей об экспедиции «Бельжики» и она следила за перипетиями путешествий Норденшельда и Брюса и даже заказала себе из Лондона книгу капитана Скотта об экспедиции на «Дискавери» и «перечитывала, её наверное, тысячу раз», переполняемая желанием увидеть своими глазами Ultima Thule Юга. Инициатором поездки выступила кузина рассказчицы Хуана, которая разделяла её интересы и связалась с Карлотой из Вальпараисо, а та, в свою очередь, нашла анонимного благодетеля. Собралась компания из десяти подруг, половина которых объявили о годичном паломничестве в боливийский монастырь, а остальные якобы собирались в Париж. Впервые все подруги увиделись в Пунта-Аренас 17 августа 1909 года: рассказчица и Хуана — перуанки; Зоя (самостоятельно прибывшая на индейской пироге, ибо её яхта дала течь), Берта и Тереса — аргентинки; Карлота, Ева, Пепита и Долорес — чилийки. В последний момент не приехала Мария из Кито, муж которой тяжело заболел. Группа решила действовать коллегиально, избрав формального лидера лишь для экстренных случаев.
Экспедиция отправилась на пароходике «Ельчо» к морю Росса, выбрав наиболее изученный маршрут. Обследовав стоянку капитана Скотта, путешественницы обнаружили, что ледяной барьер обламывался, и попросили капитана Пардо идти к острову Росса и проливу Мак-Мердо. Хижина капитана Скотта совершенно не годилась для зимовочной базы: «Без сомнения, последние обитатели покидали хижину второпях, возможно, даже во время снежной бури. Но банку с чаем они могли бы и закрыть. Впрочем, нелёгкое искусство ведения домашнего хозяйства — занятие не для любителей, здесь требуется профессионализм». Дамы вернулись в Китовую бухту и при помощи команды «Ельчо» вырубили во льду Барьера жилые и складские помещения, изолированные сеном и сосновыми досками. Изобретательницами-планировщицами выступили Берта и Ева. Зимовье получило название «Южно-южная Америка».
…[Берта] выкопала неподалеку ещё одно помещение под самой поверхностью льда, где оставила лишь тонкую, почти прозрачную, как в теплице, крышу. Берта уединялась в этой комнате и подолгу работала над своими скульптурами, создавая прекрасные творения из льда: коленопреклонённые человеческие фигуры с изящными обводами и формами тюленей Уэдделла или фантастические лабиринты. Может быть, они до сих пор там, под снегом, в пузырьке воздуха, застывшем в теле Великого ледового барьера. Там, где Берта их создала, они, возможно, проживут так же долго, как камень, но взять скульптуры с собой она не могла: таково суровое условие, когда ваяешь из льда.
После месяца тренировок и организации промежуточных складов в снежных пирамидах, группа из шести женщин (две упряжки по три человека) двинулась к полюсу. Первая команда включала рассказчицу, Хуану и Долорес, вторая — Карлоту, Пепиту и Зою. Третья группа должна была пополнить склады и разведать путь через горы. Женщины расстались 15 ноября. При походе по ровному льду Великого барьера Росса они никогда не проходили меньше 11 миль в день, а обычно — до 15—16 миль (то есть 25 километров): все приборы были заказаны в Англии и градуированы в футах, милях и градусах Фаренгейта. Дамы обнаружили следы стоянки Шеклтона: когда они отбыли в Антарктиду, отчёты о британской экспедиции ещё не достигли Южной Америки. Подъём на высокогорное плато по леднику, названному Бертой и Зоей в честь Флоренс Найтингейл (ныне известному как ледник Бирдмора), занял пятнадцать дней. Из-за резкого ухудшения состояния Карлоты и Пепиты на морозе и высокогорье, вторая упряжка повернула обратно.
Рассказчица, Хуана и Долорес достигли Южного полюса 22 декабря 1909 года в сильную метель. На полюсе тройка пробыла всего час, чтобы выпить чая, и не оставила никаких знаков или флагов, посчитав это бессмысленным. Весь путь к леднику проходил в метели, а после спуска дамы разбили или потеряли солнечные очки и страдали от снежной слепоты, но были встречены подругами с базы. В «Южно-южной Америке» оказалось, что Тереса беременна: «Воспитывали её слуги, потом четыре года обучения в монастыре. В шестнадцать её выдали замуж, и, оставаясь в двадцать лет в полном неведении, она решила, что месячные у неё прекратились „от холодной погоды“» . 14 февраля 1910 года она родила девочку, названную Росой дель Сур.
«Ельчо» пришёл 19 февраля. При его виде Хуана залилась слезами, хотя не проявляла слабости в самые тяжёлые моменты похода. «О нашем обратном плавании рассказывать нечего. Назад мы вернулись без приключений». В 1912 году мир узнал о достижении полюса Амундсеном и о гибели Скотта, а в 1919 году участницы похода, узнав о роли капитана Пардо в спасении команды Шеклтона, написали ему благодарственное письмо. Капитан был человеком чести и навсегда сохранил их тайну.
В финале от 1929 года рассказчица подытожила судьбы подруг, которых разъединило время. После смерти Хуаны рассказчица общалась с остальными по переписке. Роса дель Сур умерла от скарлатины в пятилетнем возрасте, но у Тересы ещё было много детей. Карлота постриглась в монахини. «Мы теперь старые женщины со старыми мужьями, взрослыми детьми и даже внуками, которые когда-нибудь, возможно, захотят прочесть о нашей экспедиции. Даже если они устыдятся своих взбалмошных бабушек, прикосновение к тайне доставит им, наверное, немалое удовольствие». Однако автор завещала своим неведомым читателям не смущать и не разочаровывать тех, кто считается первооткрывателями Южного полюса.
Восприятие критиков и авторская позиция
Обстоятельства создания. Авторский взгляд
Некоторые сведения об истории и обстоятельствах создания рассказа «Сур» Урсула Ле Гуин сообщила в интервью Джорджу Уиксу и Луизе Уэстлинг (1982), а также Полу Мандельбауму, опубликованном как послесловие к антологии «Двенадцати рассказов и их создания» (2005). В диалоге 1982 года Ле Гуин сообщила, что антарктическая тема заворожила её в возрасте шестнадцати или семнадцати лет, когда она прочитала дневники Роберта Скотта; полярные пейзажи играли существенную роль в романе «Левая рука Тьмы», именно со сцен на леднике началось его написание. Писательница сообщила, что её много лет обуревала «антарктическая мечта, стремление сопровождать Скотта и [Эдварда] Уилсона в этих ужасных экспедициях». Во время записи интервью «Сур» уже был принят в New Yorker, и характеризовался Ле Гуин как следствие «очередного антарктического приступа», и назван именно тем рассказом, «который мне больше всех в жизни понравилось писать». Она также признавалась, что связывание сюжета является её слабой стороной, поэтому приходится «приводить людей в движение, они ходят по кругу, но в финале, как правило, оказываются примерно там же, откуда начали. Это и есть сюжет Ле Гуин».
В интервью-послесловии 2005 года Урсула Ле Гуин уточняла, что первой литературой на полярную тему в её жизни была детская книжка о терьере адмирала Бэрда по кличке Иглу; а книги Скотта, Шеклтона и Черри-Гаррарда она прочитала к двадцатилетнему возрасту («За эти годы я много путешествовала, сидя в кресле»). «Сур» является ярким примером писательского озарения: сюжет о женском походе к Южному полюсу, опередившем Скотта, пришёл Ле Гуин во время полёта на самолёте. Далее «безымянная повествовательница „Сура“ начала рассказывать мне историю очень прямо, просто и без пауз для вопрошания. <…> Она не из тех женщин, с которыми спорят. Сдержанная, но твёрдая». Своё состояние перед тем, как сесть за пишущую машинку, У. Ле Гуин описывала как «слушание», и это интенсивное состояние. Например, обдумывание мира «Сура» заставило понять, что женщины были из Южной Америки. Черновиков было немного, описательный подзаголовок добавился в беловике. Название на испанском языке обозначено как дань уважения к Хорхе Луису Борхесу и существовало с самого начала: «Рассказчица предоставила мне её вместе с картой», которая пополнялась по мере продвижения героинь.
Чувства, которые испытывает рассказчица, ступив на землю ледяного континента, двойственны. С одной стороны, это мечта самой Ле Гуин: «она, и я, всегда мечтали об Антарктиде как о месте, полном отстранённой и ужасающей красоты». С другой стороны, героиня почувствовала, что избавилась от мира, в котором она принадлежала кому-то и исполняла мужские приказания и желания. При этом рассказчица остаётся продуктом своего времени, культуры и социальной среды, именно поэтому идея публикации её отчёта вызывала у нее искреннее отвращение. Ле Гуин отказалась и от саспенса, считая, что это механический приём, призванный насильственно втянуть читателя в сюжет; напротив, писательница предпочитала «завлекать, а не тащить». П. Мандельбаум предположил, что кульминацией сюжета является рождение Росы дель Сур, на что Ле Гуин ответила, что ей так не кажется. Более того, целью повествования ни в коем случае не было достижение Южного полюса. Что касается Росы: «Разве репродуктивная функция неизбежно является кульминационным событием в жизни женщины, даже если речь идет о девяти женщинах, которые также побывали на Южном полюсе, и восемь из которых не родили ребёнка? Это просто случилось. Рождение — это то, что обычно происходит, когда рядом женщины». Смерть Росы спустя всего пять лет прокомментирована так: «Ты выживаешь при рождении в Антарктиде в ледяной пещере, а потом умираешь в пять лет от ветрянки. Жизнь несправедлива». Несмотря ни на что, рассказ привлёк читателей и его нередко переиздавали. Прочитавший «Сур» американский военнослужащий, побывавший в Южном полюсе, прислал писательнице свой значок Антарктической службы.
«Теория хозяйственной сумки» и метод Урсулы Ле Гуин