Царевич Дми́трий Ива́нович (Дими́трий Иоа́ннович, прямое имя (по дню рождения) Уа́р; ,  — , ) — князь углицкий, младший сын Ивана Грозного от Марии Фёдоровны Нагой, шестой или седьмой его жены.

Прожил всего восемь лет, однако политический кризис, во многом связанный с его загадочной гибелью (Смутное время), продолжался как минимум 22 года после его смерти, а само имя царевича стало знаменем для различных антиправительственных движений и самозванцев (см. Лжедмитрий I).

Канонизирован в 1606 году как благоверный царевич Димитрий Угличский, «угличский, московский и всея Руси чудотворец» (дни памяти: 15 мая по старому стилю/ 28 мая по новому стилю (день упокоения), а также 3 (16) июня (перенесение мощей) и 19 октября (1 ноября) (день рождения)).

Жизнь

Родился года от последней жены Ивана Грозного Марии Нагой, брак с которой не был благословлён церковью.

Поскольку был рождён от не менее, чем шестого брака отца (в то время как православная церковь считает законными только три последовательных брака), он мог считаться незаконнорождённым и исключаться из числа претендентов на престол (см. Законность браков Ивана Грозного).

Вслед за его рождением была написана мерная икона — третья из сохранившихся. На ней изображен его святой покровитель Димитрий Солунский, в честь которого новорождённый был крещён (имя выбрано, возможно, в честь славного предка Дмитрия Донского). Его княжеским именем было Дмитрий, а прямое имя — Уар: традиционно считается, что именно в день святого Уара 19 октября он и появился на свет. День святого Уара (редкий святой, не входивший в круг фамильных) приходится ровно на 8 дней раньше дня святого Дмитрия, и второе княжеское имя вполне могли дать «по восьмидневному обрезанию» в крещение ребёнка. Однако нельзя полностью исключить и версию, что царевич родился 11 или 12 октября, получил имя «Уар» на 8-й день, а имя «Дмитрий» — как ближайшее в месяцеслове княжеское имя.

За 30 лет до его рождения у Ивана Грозного уже был один сын по имени Дмитрий — это был рано умерший первенец царя, также родившийся в октябре и каким-то образом связанный со святым Уаром. Это является одной из загадок антропонимики — по одной из версий, 19 октября родился не Дмитрий Углицкий, а его старший брат. Причина, по которой младший царевич получил то же имя, что и покойный старший, неясна; совпадение, при котором они оба родились 19 октября, маловероятно. «Что же касается Дмитрия Угличского, то он, по всей видимости, мыслился как прямое подобие своего рано умершего брата-первенца». Фёдор Успенский выдвигает версию, что «св. Уар стал покровителем ребёнка, так как был покровителем его умершего брата-первенца. Таким образом, оба имени — и „Дмитрий“, и „Уар“ — Дмитрий Углицкий мог получить „по наследству“, вне строгой связи с церковным календарём. Если следовать этой версии, то получается, что дата рождения (19 октября) Дмитрия Угличского в тех летописях, где она указывается, высчитана задним числом, исходя из знания его имён». Однако они не исключают, что Уаром всё-таки был только младший, и то, что оба таким образом родились в октябре — совпадение — С. 389—395..

При Фёдоре После смерти отца в 1584 году и восшествия на престол Фёдора Ивановича (причём ещё до церемонии венчания на царство 24 мая) мальчик с матерью регентским советом был удалён в Углич, получив его в княжение (как ранее и младший брат Ивана Грозного Юрий Васильевич и младший брат Василия III — Дмитрий Иванович Жилка).

Джером Горсей пишет, что «царицу сопровождала разная свита, её отпустили с платьем, драгоценностями, пропитанием, лошадьми и проч. — всё это на широкую ногу, как подобает государыне»Горсей Дж. Записки о России: XVI — нач. XVII в. М., 1990. С. 142. В «Новом летописце» указывается, что Углич был выделен царевичу отцом, но неизвестно, насколько это достоверно.

В Угличе он считался правящим князем и имел свой двор (последний русский удельный князь) официально — получив его в удел, но, по всей видимости, реальной причиной тому было опасение властей, что Дмитрий вольно или невольно может стать центром, вокруг которого сплотятся все недовольные правлением царя Фёдора. Эта версия подтверждается тем, что никаких реальных прав на «удел», кроме получения части доходов уезда, ни сам царевич, ни его родня не получили. Реальная власть сосредотачивалась в руках присланных из Москвы «служилых людей» под руководством дьяка Михаила Битяговского.

После старшего брата — царя Фёдора Иоанновича (у которого родилась только одна дочь Феодосия Фёдоровна) Дмитрий оставался единственным мужским представителем московской линии дома Рюриковичей. Иностранец-путешественник Джильс Флетчер указывает на задатки его характера, напоминавшие покойного «грозного» царя:

Смерть Обстоятельства смерти царевича до сих пор остаются спорными и не до конца выясненными.

а царевич играл в «свайку», причём компанию ему составляли маленькие робятка жильцы Петруша Колобов и Важен Тучков — сыновья постельницы и кормилицы, состоявших при особе царицы, а также Иван Красенский и Гриша Козловский. Царевича опекали мамка Василиса Волохова, кормилица Арина Тучкова и постельница Марья Колобова.

Правила игры состоят в том, чтобы большой толстый гвоздь бросить так, чтобы попасть его острым концом в середину кольца, лежащего на земле. Если верить показаниям очевидцев событий, данным во время следствия, в руках у царевича была «свая» — заострённый четырёхгранный гвоздь. То же подтвердил брат царицы Андрей Нагой, передававший, впрочем, события с чужих слов. Существует несколько иной вариант, записанный со слов некоего Ромки Иванова «со товарищи» (также говоривших, по всей вероятности, с чужих слов): царевич тешился сваею в кольцо.

Относительно дальнейшего очевидцы в основном единодушны — у Дмитрия начался приступ эпилепсии — говоря языком того времени — «чёрной немочи», и во время судорог он случайно ударил себя «сваей» в горло. Вполне возможно, что из-за опасения, как бы царевич не поранился лежащей под ним на земле «сваей», её попытались вытащить из-под царевича и случайно при этом его смертельно ранили в шею или, возможно, из-за этой неловкой попытки царевич, в тот момент «бьющийся в судорогах», сам натолкнулся на выроненную «сваю».

По словам кормилицы Арины Тучковой,

Ту же версию с некоторыми вариациями повторяли и другие очевидцы событий, а также один из братьев царицы Григорий Фёдорович Нагой.

Впрочем, царица и другой её брат, Михаил, упорно придерживались версии о том, что Дмитрий был зарезан Осипом Волоховым (сыном мамки царевича), Никитой Качаловым и Данилой Битяговским (сыном дьяка Михаила, присланного надзирать за опальной царской семьёй) — то есть, по прямому приказу Москвы.

Возбуждённая толпа, поднявшаяся по набату, растерзала предполагаемых убийц. Впоследствии колоколу, послужившему набатом, по распоряжению Василия Шуйского был отрезан язык (как человеку), и он вместе с угличанами-мятежниками стал первым ссыльным в только что основанный Пелымский острог. Только в конце XIX века опальный колокол был возвращён в Углич. В настоящее время он висит в церкви царевича Димитрия «На крови».

Тело царевича было отнесено для отпевания в церковь, рядом с ним «безотступно» находился Андрей Александрович Нагой. а, через 4 дня после смерти царевича, из Москвы прибыла следственная комиссия в составе митрополита Геласия, главы Поместного приказа думного дьяка Елизария Вылузгина, окольничего Андрея Петровича Луп-Клешнина и будущего царя Василия Шуйского. Выводы московской комиссии на тот момент были однозначны — царевич погиб от несчастного случая.

Расследование

Следственное дело, составленное комиссией, сохранилось под названием «Угличское дело», в ходе него было привлечено к следствию около 150 человек. Допрашивались дядья царевича — Нагие, мамка, кормилица, духовные лица, близкие ко двору или бывшие во дворце в начальный момент событий. Составление белового экземпляра в основном было завершено уже в Угличе. «Следственное дело сохранилось почти полностью, утрачено лишь несколько начальных листов. Рукопись, как показало исследование, представляет собой в основной части беловую копию материалов следствия, представленную на рассмотрение совместного заседания Боярской думы и Освящённого Собора г.». Дело докладывалось Геласием на заседании Освященного собора, по решению которого было передано на усмотрение царяУгличское дело // БСЭ.

Стоит иметь в виду, что данная следственная комиссия была составлена по поручению самого Бориса Годунова, которого и обвиняли в убийстве царевичаПолное собрание русских летописей. Москва: ЯРК, 2000, т. XIV, с. 40. Обычно считается, что существование царевича как претендента на престол было невыгодно правителю государства Борису Годунову, завладевшему абсолютной властью в 1587 году, однако некоторые историки утверждают, что Борис считал царевича по указанной выше причине незаконнорождённым и не рассматривал как серьёзную угрозу.

«Первые рассказы, излагавшие иную версию событий — убийство царевича по приказу Бориса Феодоровича Годунова — помещены в составе повестей, написанных весной-летом 1606 года, после низложения и убийства Лжедмитрия I, в окружении нового царя — Василия Иоанновича Шуйского».

С прекращением Смутного времени правительство Михаила Фёдоровича вернулось к официальной версии правительства Василия Шуйского: Дмитрий погиб в 1591 году от рук наёмников Годунова. Она же была признана как официальная и церковью. Эта версия была описана в «Истории государства Российского» Николая КарамзинаВ 1823 году Карамзин написал М. П. Погодину, что ему удалось сделать открытие, которое перевернёт существовавшие представления об убиении царевича Дмитрия по приказу Годунова. О своей новой версии Карамзин собирался сообщить читателям в готовившемся X томе «Истории государства Российского». Погодин удивился, получив этот том и не обнаружив в указанном сюжете никаких новаций. См. . В 1829 году историк Михаил Погодин рискнул выступить в защиту невиновности БорисаСм. М. П. Погодин, «Об участии Годунова в убиении царевича Димитрия» //«Московский Вестник», 1829 г. на сайте Православие и мир. Обнаруженный в архивах подлинник уголовного дела комиссии Шуйского стал решающим аргументом в споре. Он убедил многих историков и биографов Бориса (Сергея Платонова, Руслана Скрынникова) в том, что причиной гибели сына Ивана Грозного был несчастный случай. Некоторые криминалисты утверждают, что показания, записанные комиссией Шуйского, производят впечатление составленных под диктовку, а ребёнок-эпилептик не может во время припадка поранить себя ножом, потому что в это время ладони широко раскрытыКрылов И. Ф. Были и легенды криминалистики. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1987.

Погребение и мощи

Царевич Дмитрий был погребён в Угличе, в дворцовом храме в честь Преображения Господня. Вокруг могилы царевича с поставленной над ней часовней возникло детское кладбищеТомсинский С. В. Археологические источники о почитании царевича Димитрия в Угличе в конце XVI — начале XVII в. // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2003. № 4 (14). С. 69—70..

года «святые мощи страстотерпца царевича Димитрия были обретены нетленными». После канонизации его останки были перенесены в Архангельский собор московского Кремля и стали почитаться как реликвия (см. раздел «Канонизация»).

Фрагмент надгробия царевича Дмитрия Ивановича из Архангельского собора Московского Кремля находится в ГИМе (N 118451). Оно гласит:

В 1812 году, после захвата Москвы французскими войсками и их союзниками, рака Дмитрия была вновь вскрыта, а мощи из неё выброшены. Согласно исследованию Николая Гордиенко после этого обретены мощи Дмитрия уже не былиГордиенко Н. С. Православные святые: кто они? — : Лениздат, 1979. — С. 72.. По другим данным, после изгнания захватчиков мощи были вновь найдены и установлены на прежнем месте. Серебряная рака середины XVII столетия не сохранилась, крышка от раки находится в музее «Оружейная палата».

После смерти