Кано́н ( — правило, норма) — основанный на библейских песнях многострофный жанр православной богослужебной гимнографии, посвящённый прославлению какого-либо праздника или святого. Канон входит в состав утрени, повечерия, воскресной полунощницы, отпевания, панихиды, соборования и некоторых других богослужений, а также может совершаться на молебнах и в келейной (домашней) молитве.
Полный канон состоит из девяти частей, или песнейИсходная форма слова (именительный падеж, единственное число) — «песнь» (), а не «песня», оно принадлежит к третьему склонению и склоняется аналогично слову «степь» и т. п., однако все девять песней используются редко.
История Уже первые христиане перефразировали или добавляли свои молитвенные песнопения к отдельным стихам священных Библейских песен. Например, в Апокалипсисе мы встречаем соединение апостолом и Евангелистом Иоанном Богословом «Песни Моисея, раба Божия, и Песни Агнца» (). Исследователи полагают, что в этом коротком отрывке, воспеваемом семью ангелами (), использованы выражения из нескольких Священных гимнов:
Велики и чудны дела Твои, «Велики дела Господни» (); «Дивны дела Твои» (). Господи Боже Вседержитель! «Господь Бог, Бог Саваоф» (); «Господь Бог Саваоф» () Праведны и истинны пути Твои, «и все пути Его праведны» () Царь святых! Кто не убоится Тебя, Господи, «Кто не убоится Тебя, Царь народов?» () и не прославит имени Твоего? «и прославят имя Твое» (); «Имя Господа прославляю; воздайте славу Богу нашему» () Ибо Ты един свят. «Он праведен и истинен» () Ибо все народы придут и поклонятся пред Тобою, «Все народы,.. приидут и поклонятся пред Тобою» () ибо открылись суды Твои. «Откровения Твои — утешение мое,.. суды Твои.» () Таким образом обе песни Моисея («Пои́м Го́сподеви,..» и «Вонми́ Не́бо,..» ), присущие субботнему ветхозаветному богослужению, переплетались с более поздними псалмами и одами. Празднование субботы у христиан было заменено почитанием воскресного дня, в который обязательно совершается Литургия. Победная песнь Моисея () осталась в основе Пасхального бдения и крещения, совершаемого преимущественно в Великую Субботу. Само начало Песни Агнца имеет литургические аналоги в более поздней крещальной молитве — молитве освящения воды «Ве́лий еси́ Го́споди и чу́дны дела́ Твоя́, и ни еди́наго же сло́ва дово́льно бу́дет к пе́нию чуде́с Твои́х». Уже все народы (а не только Израиль) славят Бога. Песнь Агнца имеет характер исповедания веры, евхаристического возношения и даже вознесения праведников. Строфы ритмически слабо урегулированы, тем не менее, в оригинальном греческом тексте, внутри них уже наблюдается тенденция к равносложности.
После первых песней Моисея, третий ангел в Апокалипсисе продолжает стихосло́вить протокано́н-трипе́снец седмой (по нынешнему счёту) песнью Аза́рии — одного из трёх отроков еврейских в Вавилонской печи:
В Апокалипсисе встречаются и другие эсхатологические и миссионерские мотивы из книги пророка Даниила, например:
Апокалипсис Книга пророка Даниила и т. п. Они частично открывают содержание, формы и таинственное значение Евхаристического канона-однопеснца: видения Престола Божия, множества святых в белых (крещальных) одеждах, возглашающих тройное «Свят, Свят, Свят», запечатление 12 колен (Миропомазание), раскрытие свитка, вынесение из скинии храма 7 чаш, огненная река, зверь, вышедший из моря, вавилонская блудница, и др. Поскольку песни Трёх отроков отсутствуют в масоретской Библии, не исключено, что они — произведения литературы интертестаментарной (начала христианской) эпохи. В этих текстах после каждого благословения священников миряне подхватывали повторяющийся рефрен: «пойте и превозносите Его во веки!». Преданафоральное последование Литургии Апокалипсиса завершается хвалебным псалмом:
В восхвалении Господа принимает участие всё творение, начиная от небес и кончая духами и душами праведных, находящихся в Шеоле (). Три отрока являются одним из главных образов Святой Троицы. Славословные Троичные стихи в однопеснцах появляются уже во II веке. В III веке они попадают в Вечерний гимн и в Великое славословие (см. «Завещание Господа нашего Иисуса Христа»). Знаменателен практически единственный нотированный «Гимн Троице» из Оксиринхского папируса № 1786 как возможный однопеснец, датирующийся III веком. По своей ладотональной организации «Гимн Троице» можно отнести скорее к миксолидийскому ладу, который в более поздней византийской традиции соответствовал четвёртому гласу (ихосу). В IV веке появляется ирмос — метрический образец для остальных тропарей, и эта композиция становится многострофной, например в первой части двоепеснца папируса John Rayland’s Library № 466, где присутствуют междопесния, или седальны, что показывает их раннее появление в структуре канона.
Для Богослужения из Священного Писания брались и другие песни, количество которых было 7 (по числу дней в неделе, и по числу семи небес), но окончательная цифра откорректировалась до девяти — по числу девяти чинов ангельской иерархии.
В V веке, ожесточённые христологические споры времён Эфесского и Халкидонского Вселенских соборов, отразились в особом молитвенном почитании Божией Матери: каждая используемая на богослужениях библейская песнь со строфами, тропарями или стихирами, стала заканчиваться Богородичным, а девятой песнью стала Песнь Богородицы с припевом «Честнейшую херувим…».
Канон как жанр с ритмической и мелодической (гласовой) структурой появился в середине VII века, и стал вытеснять более раннюю многострофную форму церковных песнопений — кондак (поэтизированную проповедь). Особые чтецы — «канонархи» стали попеременно (антифонно) петь стихи Библейских песен и более современные тропари канонов. Первые каноны были написаны святым Андреем Критским, святым Иоанном Дамаскиным, святым Космой Маюмским. От кондаков остались лишь начальные строфы, которые, продолжая именоваться кондаками, сохраняя свои (кондакарные) музыкальные гласы и подобные напевы, вместе с икосами были вплетены в состав канонов между шестыми и седмыми их песнями. Кроме того, ранневизантийское силлабическое стихосложение канонов прерывалось ектенией и дополнялось чтением синаксариев и пением седальнов.
Канон образовался во время хождения студийских уставов, но закрепился в византийском чине лишь при господстве более строгого Иерусалимского устава, он коренится в самом слове «κανών», которое несёт в себе идею чина, строя, образца, гармонии, что столь присуще византийскому сознанию и православию вообще.
Канон является высшим гимнографическим подражанием ангельскому миру и ангельскому пению, ибо каждая его песнь, завершающаяся славословием Троице и Богородице (в традиции св. Андрея Критского), соответствует одному из небесных чинов. Однако канон говорит не только о Небе, но и о земле: ибо в нём как бы суммируется вся история спасения, начиная от перехода евреев через Чермное море — прообраз Воскресения Христова — и вплоть до воплощения Бога Слова, о Котором возвестила в своей вдохновенной песни Пресвятая Дева Богородица. В каноне содержится своя мистагогия (толкование таинств): если Первая песнь Моисея связана с типологией Крещения, то восьмая (Песнь трёх отроков) прообразует Евхаристию — сошествие Бога Слова к верным, пребывающим в огненном испытании и исполнение их росным Духом благодати. Культура синтеза — неотъемлемая часть византийской культуры с её глубоким и развитым богословием. Блистательное развитие канонов истекает из апостольских времён, имеет своеобразное «апостольское преемство». Ключевыми в рождении канона были не литературные факторы, а религиозные и литургические — необходимость общего участия в богослужении, которая стала импульсом к созданию запевов, а затем и тропарей.
Структура В основе каждой песни канона лежит одна из девяти библейских песен: Первая песнь () — Благодарность Моисея Богу за чудесный переход Израильского народа по дну Чермного моря (Красного моря) и избавления от преследовавших колесниц фараона с египетским войском, Вторая песнь () — Предсмертное гневное пророчество Моисея об отступлении народа Израильского от Бога. Теперь поётся только по вторникам в период пения Триоди, и в четверг пятой седмицы Великого поста (Стояние Марии Египетской). Вторая песнь обращена не к Богу, а к людям, и носит скорбный характер, поэтому её нет на праздничных канонах. Объяснение отсутствия второй песни в двоепеснце Великого Вторника, по мнению А. ЖобераJauber A. La date de la cene // Etudes bibliques. Paris, 1957, которого также придерживается В. М. ЛурьеЛурье В. M. Три типа раннехристианского календаря. С. 274—275., может исходить из того, что до установления времени ежегодного празднования Пасхи на Первом Вселенском соборе, Великий Вторник был днём совершения Господом Тайной Вечери и первоначальным днём Пасхи в одном из древних христианских календарей. Следы этого понимания Великого Вторника видны из пасхального истолкования притчи о десяти девах в «Пире» святого Мефодия Олимпского, конкретнее — в гимне Феклы, в котором выступает тема духовных женихов и невест — пасхальных новокрещённых: «Царя́ Христа́ узре́в из гро́ба, яко Жениха́ происходя́ща». Обретение Жениха становится обретением Воскресшего Христа Марией Магдалиной и другими верными. Однако свадебные образы Песнь песней Соломона в безбрачной монастырской среде не получили развитие, и соответствующий гимн во время подготовки неофитов ко Причащению «Прииди́те пи́во пие́м но́вое…» был присоединён уже к следующей — третьей песни пасхального канона. Третья песнь () — Благодарность Богу пророчицы Анны за долгожданное рождение от неё сына (пророка Самуила),
После третьей песни на утрени следуют: Малая ектения (на общем молебне — сугубая), иногда бывает кондак второго канона, седален (седальны) с богородичным или крестобогородичным, Четвёртая песнь () — Славословие пророком Аввакумом явления Бога, Пятая песнь () — Пророчество Исаии о всеобщем воскресении мёртвых, Шестая песнь () — Молитва Ионы во чреве кита,
После шестой песни обычно следуют: малая ектения (на панихиде — заупокойная), кондак с икосом, на общем молебне — чтение Евангелия с пением тропарей, Седьмая песнь () — Начало хвалебной молитвы Азарии — одного из трёх отроков еврейских, сохранившихся невредимыми в раскалённой огромной печи Вавилонской, Восьмая песнь () — Радостное окончание песни трёх отроков в пещи огненной. В конце восьмой песни диаконом или священником совершается каждение в алтаре и правой половины иконостаса, Девятая песнь, уже новозаветная — Песнь Богородицы () — Радость Девы Марии Богу за предстоящее преестественное рождение от Неё Божественного Христа, Спасителя мира. Возглашается диаконом/священником перед иконой Божией Матери словами: «Богоро́дицу и Ма́терь Све́та в пе́снех возвели́чим». Хор поёт эту песнь с припевом «Честнейшую херувим…». Теперь эта, первая часть девятой песни, выглядит как особая вставка между восьмой и девятой песнями. Вторая часть девятой песни — пророческое благословение священником Захарией своего родившегося сына — Иоанна Предтечи ().
Все девять песней канона в богослужении используются достаточно редко: на Утрене Субботы мясопустной, Субботы сырной, Троицкой родительской субботы, вторников Великого поста и четверга 5-й седмицы в Великом каноне Андрея Критского; на Повечерии — в понедельник, вторник, среду и четверг 1-й седмицы Великого поста в том же каноне. В остальных случаях количество песен — 8 (так как отсутствует вторая песнь). Кроме обычных восьмипесенных канонов, в богослужениях Великого поста и некоторых других дней, употребляются «трипе́снцы», «четверопе́снцы» и «двоепе́снец».