Ба́стер Ки́тон (), настоящее имя Джо́зеф Фрэнк Ки́тон (,  — ) — американский комедийный актёр, режиссёр, кинопродюсер, сценарист и каскадёр. Один из величайших комиков немого кино. Наиболее известен своими немыми фильмами, в которых его фирменным знаком стало невозмутимое выражение лица, за что получил прозвище «Великое каменное лицо». Критик Роджер Эберт писал о Китоне: «В период с 1920 по 1929 год он работал без перерыва над целой серией фильмов, которые сделали его, пожалуй, величайшим актёром-режиссёром в истории кино».

Его карьера пошла на спад, когда он подписал контракт с Metro-Goldwyn-Mayer и потерял свою художественную независимость. После развода с женой он попал в алкогольную зависимость, от которой избавился в 1940-х годах. В этот период он снова женился и возродил свою карьеру в качестве заслуженного комического исполнителя, получив в 1959 году почётную награду Академии со следующей формулировкой — «за уникальный талант, который обеспечил бессмертие немой кинокомедии».

Многие фильмы Китона 1920-х годов высоко ценятся и сейчас, например, «Шерлок-младший» (1924), «Генерал» (1926) и «Кинооператор» (1928). Фильм «Генерал» многие считают шедевром: Орсон Уэллс считал его «величайшей комедией из когда-либо созданных… и, возможно, величайшим фильмом из когда-либо созданных»Интервью Орсона Уэллса, выпущенное на Blu-Ray издании фильма «Генерал». 10 ноября 2009.

В 1996 году Entertainment Weekly признал Китона седьмым в списке величайших режиссёров, а в 1999 году Американский институт кино назвал его 21-й величайшей звездой классического голливудского кино среди мужчин.

Биография

Ранняя жизнь в водевиле

Китон родился в водевильной семье в Пикве, штат Канзас, городе, где находилась его мать Майра Китон (урождённая Катлер), в тот момент когда у неё начались схватки. Его назвали Джозефом, продолжив традицию по линии отца (он был шестым в линии, носящей имя Джозеф Китон) и Фрэнком в честь деда по материнской линии, который не одобрял союз его родителей. Позже Китон изменил своё второе имя на Фрэнсис. Его отцом был Джозеф Хейли «Джо» Китон, который вместе с Гарри Гудини владел передвижным шоу под названием Mohawk Indian Medicine Company или Keaton Houdini Medicine Show Company, которое выступало на сцене и на стороне продавало патентованные лекарства.

Согласно истории, Китон получил прозвище Бастер в возрасте примерно 18 месяцев. Однажды друг актёра по имени Джордж Парди присутствовал при том, как молодой Китон без травм упал с длинного лестничного пролёта. После того, как мальчик сел и отряхнулся от пережитого, Парди заметил: «Да он просто хулиган!» (). После этого отец Китона стал использовать это прозвище для обращения к сыну. Китон пересказывал эту историю на протяжении многих лет, в том числе в интервью 1964 года на передаче Telescope канала CBCTelescope: Deadpan: An Interview with Buster Keaton, интервью Бастера и Элеоноры Китон в 1964 году Флетчеру Марклу для CBC.. По версии Китона, ему было шесть месяцев, когда произошёл этот случай, а прозвище ему дал Гарри Гудини.

В трёхлетнем возрасте Китон начал выступать со своими родителями в «Трёх Китонах» (). Впервые он появился на сцене в 1899 году в Уилмингтоне, штат Делавэр. Выступление было в основном комедийным скетчем. Майра играла на саксофоне с одной стороны, а Джо и Бастер выступали в центре сцены. Молодой Китон дразнил отца, не слушаясь его, а старший Китон в ответ швырял его о декорации, в оркестровую яму или даже в зрительный зал. В одежду Китона была вшита ручка от чемодана, чтобы облегчить постоянное подбрасывание. Выступление развивалось по мере того, как Китон учился безопасно выполнять трюковые падения; он редко получал травмы или ушибы на сцене. Этот шуточный стиль комедии приводил к обвинениям в жестоком обращении с детьми, а иногда и к арестам. Однако Бастер всегда показывал властям, что у него нет синяков или переломов. В итоге он был назван «Маленьким мальчиком, которого нельзя повредить» (), а весь спектакль — «Самым жестким спектаклем, который когда-либо был в истории сцены» (). Спустя десятилетия Китон сказал, что отец никогда не обижал его, и что падения и физическая комедия были вопросом правильного технического исполнения. В 1914 году он сказал газете Detroit News: «Секрет в том, чтобы приземлиться, прихрамывая, и прервать падение ногой или рукой. Это мастерство. Я начал так рано, что правильное приземление стало для меня второй натурой. Несколько раз я бы погиб, если бы не умел приземляться как кошка. Подражатели нашего номера долго не живут, потому что не выдерживают такого обращения». Китон утверждал, что ему было так весело, что он иногда начинал смеяться, когда отец бросал его через сцену. Заметив, что это заставило публику меньше смеяться, он принял своё знаменитое невозмутимое выражение лица во время выступления.

Этот спектакль столкнулся с законами, запрещающими выступления детей в водевилях. По словам одного биографа, Китона заставляли ходить в школу во время выступлений в Нью-Йорке, но он только один раз пошел в неё. Несмотря на проблемы с законом и неудачное турне по мюзик-холлам Великобритании, Китон был восходящей звездой театра. Он рассказывал, что поздно научился читать и писать, этому его учила мать. К тому времени, когда ему исполнился 21 год, алкоголизм его отца поставил под угрозу репутацию семейного шоу, поэтому Китон и его мать Майра уехали в Нью-Йорк, где карьера Бастера быстро перешла от водевиля к кино.

Во время Первой мировой войны Китон служил в Американских экспедиционных силах во Франции в составе 40-й пехотной дивизии армии США. Его подразделение уцелело и не было разбито для обеспечения замены, как это случилось с некоторыми другими дивизиями. Во время службы в армии он перенёс ушную инфекцию, повлекшую ухудшение слуха.

Эпоха немого кино Каждое лето 1908—1916 годов Китон проводил «в „Актёрской колонии“ в районе Блаффтон в Маскигоне вместе с другими знаменитыми водевильщиками».

В феврале 1917 года Китону встретился Роско «Толстяк» Арбакл на студии Talmadge в Нью-Йорке, где Арбакл был по контракту с Джозефом М. Шенком. Джо Китон не одобрял фильмов, и Бастер также имел на их счёт определённые сомнения. Во время своей первой встречи с Арбаклом его попросили вмешаться в фильм «Помощник мясника» и начать действовать. Бастер был таким естественным, что его тут же наняли. В конце дня он попросил одолжить одну из камер, чтобы понять, как та работает. Он отнёс её в свой гостиничный номер, где к утру разобрал и собрал заново.(9 июля 2011 г.), «Гений Бастера», «Нью-Йоркское обозрение книг» 58 (10): 30-33. Позже Китон утверждал, что вскоре стал сорежиссёром Арбакла и заведовал всем отделом трюков. Всего, начиная с 1920 года, он появился в 14 короткометражках Арбакла. Они были популярны и, вопреки более поздней репутации Китона («Великое каменное лицо»), он часто улыбался и даже смеялся в них (например, «Его брачная ночь» крупным планом и «Конни-Айленд» на средних планах). Китон и Арбакл стали близкими друзьями. В дальнейшем Китон был одним из немногих людей (вместе с Чарли Чаплином), которые защищали Арбакла во время обвинений в том, что он был ответственен за смерть актрисы Вирджинии РаппЯллоп, Дэвид (1976). День, когда прекратился смех. Нью-Йорк: St. Martin’s Press. Эдвардс говорит, что Арбакл и Китон встретились в Талмадже; IMDB сообщает, что «Butcher Boy» был снят в Colony Studios в Нью-Йорке.

В 1920 году был выпущен фильм «The Saphead», в котором Китон сыграл свою первую главную роль в полнометражном фильме. Он был основан на успешной пьесе «Новая Генриетта», которая уже однажды была снята под названием «Агнец», с Дугласом Фэрбенксом в главной роли. Пять лет спустя Фэрбенкс порекомендовал Китону сыграть роль в ремейке, поскольку фильм должен был иметь комический уклон.

После успешной работы Китона с Арбаклом Скенк предоставил ему собственное продюсерское подразделение Buster Keaton Productions. Китон снял серию 20-минутных комедий, в том числе «Одна неделя» (1920), «Театр» (1921), «Копы» (1922) и «Электрический дом» (1922), а затем Китон перешёл к полнометражным фильмам.

Полный метр

Среди авторов Китона были Клайд Брукман, Джозеф Митчелл и Джин Хавез, но самые гениальные шутки обычно были придуманы самим Китоном. Комедийный режиссёр Лео МакКэри, вспоминая те дни, сказал: «Все мы пытались украсть шутки друг у друга. Но нам не повезло с Китоном, потому что он придумал свои лучшие трюки сам, а мы не могли их украсть»Малтин, Леонард, The Great Movie Comedians, Bell Publishing, 1978. Смелые идеи требовали опасных трюков, выполняемых Китоном с большим риском для здоровья. Так во время сцены с железнодорожным резервуаром для воды в картине «Шерлок-младший» Китон сильно повредил себе шею, когда на него обрушился поток воды с водонапорной башни, но он осознал это только спустя годы. В сцене из фильма «Пароходный Билл» Китон останавливается на определённом месте, а затем на него падает фасад двухэтажного здания, но персонаж Китона остался невредимым из-за единственного открытого окна. Этот трюк требовал особой точности, потому что опора декорации весила две тонны, а зазор вокруг тела Китона составлял всего несколько дюймов. Эпизод стал одним из самых запоминающихся изображений его карьеры.

Помимо «Пароходного Билла» (1928) наиболее удачливые полнометражные фильмы Китона включают фильмы «Наше гостеприимство» (1923), «Навигатор» (1924), «Шерлок-младший» (1924), «Семь шансов» (1925), «Кинооператор» (1928) и «Генерал» (1926). «Генерал», действие которого происходит во время Гражданской войны в США, сочетает в себе комедию с любовью Китона к поездам, включая эпическую погоню на локомотивах. Сюжетная линия фильма с использованием живописных мест воссоздала настоящий инцидент военного времени. Хотя фильм стал считаться величайшим достижением Китона, в то время фильм получил неоднозначные отзывы. Это было слишком драматично для некоторых кинозрителей, ожидавших лёгкой комедии, и рецензенты подвергли сомнению суждение Китона о создании комедийного фильма о гражданской войне, хотя и отметили, что в нём было «немного смеха». Это была дорогостоящая осечка, и Китону больше никогда не доверяли полный контроль над своими фильмами. Его дистрибьютор United Artists настоял на том, чтобы менеджер по производству контролировал расходы и вмешивался в определённые элементы истории. Китон пережил такое обращение лишь в двух художественных фильмах, а затем обменял свою независимую работу в United Artists на работу в крупнейшей голливудской студии Metro-Goldwyn-Mayer (MGM). Утрата Китоном независимости как кинорежиссёра совпала с появлением звуковых фильмов и ростом личных проблем, в результате чего его карьера в раннюю эру звука сильно пострадала.

Звуковая эпоха

Китон подписал контракт с Metro-Goldwyn-Mayer в 1928 году, и это деловое решение он позже назвал худшим в своей жизни. Он слишком поздно понял, что представленная студийная система MGM сильно ограничит его творческий потенциал. Например, студия отказала ему в просьбе сделать его ранний проект «Spite Marriage» звуковым фильмом, и после преобразования студии он был вынужден придерживаться сценариев, содержащих диалоги. Тем не менее, MGM позволила Китону принять участие в творческой работе над его последним первоначально разработанным немым фильмом «Оператор (фильм)» (1928), который стал его первым проектом по контракту. Китон нанял Эдварда Седжвика в качестве официального режиссёра и работал с ним в нескольких следующих звуковых проектах. Некоторые из его наиболее успешных в финансовом отношении фильмов для студии были сняты в этот период.