Дуэль между Александром Сергеевичем Пушкиным и Жоржем де Геккерном (Дантесом) состоялась на окраине Санкт-Петербурга, в районе Чёрной речки близ Комендантской дачи. Дуэлянты стрелялись на пистолетах. В результате дуэли Пушкин был смертельно ранен и через два дня умер.
Место этой дуэли: Чёрная речка — тогдашняя окраина Петербурга, приток Большой Невки — рукава невской дельты, рядом расположены дачи, огороды и пустыри. Снегу в тот день было по колено. Время: вскоре после 16:30, согласно показаниям секундантов.
По подсчётам пушкинистов, столкновение с Дантесом было как минимум двадцать первым вызовом на дуэль в жизни поэтаВ. Ф. Ходасевич. «Дуэльные истории» // Пушкин в эмиграции. М., 1997. Он был инициатором пятнадцати дуэлей, из которых состоялись четыре, остальные не состоялись ввиду примирения сторон, в основном стараниями друзей Пушкина; в шести случаях вызов на дуэль исходил не от Пушкина, а от его оппонентов.
Предыстория Француз, офицер кавалергардского полка, приёмный сын нидерландского посланника в Санкт-Петербурге барона Луи Геккерна, познакомился со своей ровесницей Натальей Николаевной Пушкиной, женой поэта, в 1835 году. В глазах светского общества Дантес-Геккерн, красивый блондин, предстал блестящим молодым офицером, влюблённым в красавицу-жену ревнивого мужа.
Анонимные письма и первый конфликт (ноябрь 1836 года) 4 (16) ноября 1836 года городская почта доставила Пушкину и нескольким его друзьям анонимный пасквиль на французском языке, в котором Пушкину присваивался «патент на звание рогоносца»; в этой пародийной орденской грамоте содержался тонкий намёк на внимание к Н. Н. Пушкиной со стороны не только Дантеса, но и самого императора.
В 1927 году пушкинистами Борисом Казанским и Павлом Рейнботом было высказано предположение, что пасквиль указывает на мнимую связь Натальи Николаевны с императором, так как Пушкин назван заместителем Дмитрия Нарышкина, мужа Марии Нарышкиной, любовницы Александра I; эту точку зрения поддержал и автор наиболее авторитетного на то время исследования дуэли Павел Щёголев. Однако Николай Раевский считал, что «доказанным его [предположение] считать нельзя»Н. А. Раевский, Избранное, М., Художественная литература, 1978, стр. 299..
Сам Пушкин счёл письмо исходящим от Геккерна. Его уверенность поддержало мнение типографа Михаила Яковлева, которому поэт показал пасквиль. Яковлев посчитал, что послание написано на бумаге иностранного производства. Подозрение некоторых современников, в частности секунданта Пушкина Констатина Данзаса, пало на князя Ивана Гагарина (в 1843 году ставшего иезуитом). Щёголев же в своём труде «Дуэль и смерть Пушкина», основываясь на экспертизе почерка, проведённой в 1927 году сотрудником уголовного розыска А. А. Сальковым, доказывает, что автором анонимных пасквилей был Пётр Долгоруков. Однако позднее, по результатам более широкой и авторитетной экспертизы, организованной историком-археографом Г. Хаитом и проводившейся сотрудниками Всесоюзного НИИ судебных экспертиз, было установлено, что почерк на сохранившихся экземплярах пасквиля не принадлежит ни Долгорукову, ни Гагарину«Огонёк», 1987, № 6.. Сами Долгоруков и Гагарин при жизни также категорически отвергали свою причастность к указанным письмам. Вадим Старк, исследователь творчества Пушкина, в свою очередь приписывает авторство пасквиля Идалии Полетике.
Придя к выводу об авторстве Геккерна, Пушкин вечером 4 ноября послал Дантесу вызов на дуэль. Через неделю после вызова Жорж Дантес сделал предложение Екатерине Гончаровой — сестре Натальи Николаевны и, соответственно, свояченице Пушкина. Так как Дантес стал женихом Екатерины, Пушкин был вынужден отозвать свой вызов (сыграла роль и аудиенция, данная Пушкину Николаем I, и посредничество Василия Жуковского). Тем не менее Пушкин отказывался иметь какие-либо отношения с Дантесом-Геккерном, что, по воспоминаниям Данзаса, задевало их обоих и приводило к дальнейшему обострению ситуации.
Второй вызов
10 января 1837 года Екатерина Гончарова стала женой Дантеса. Впоследствии она родила ему четверых детей и умерла после родов в 1843 году, на седьмом году замужества.
После свадьбы Дантеса и Екатерины конфликт между Пушкиным и Геккернами не был исчерпан, и вскоре после брака Дантеса с Екатериной началось распространение в свете слухов и шуток («казарменных каламбуров») по адресу Пушкина и его семьи. Пушкин отправил Геккерну-отцу письмо (в своей основе сочинённое ещё во время первого конфликта в ноябре), где, чрезвычайно резко характеризуя как отца, так и приёмного сына, заявил, что не желает иметь с ними никаких дел. Пушкин знал, что письмо носит явно оскорбительный характер и приведёт к дуэли.
В тот же день Луи Геккерн через секретаря французского посольства виконта д’Аршиака письмом объявил Пушкину, что от его имени Дантес делает ему вызов, ввиду тяжести оскорбления поединок должен был состояться «в кратчайший срок». Пушкин без обсуждения принял весьма жёсткие условия дуэли, письменно составленные виконтом д’Аршиаком.
Дуэль
под Петербургом в перелеске близ Комендантской дачи состоялась дуэль, на которой Пушкин был смертельно ранен в живот. Условия дуэли были смертельными и не оставляли шанса уцелеть обоим противникам, по условиям они становились на расстоянии двадцати шагов друг от друга, барьер составлял десять шагов, стрелять разрешалось с любого расстояния на пути к барьеру, отметкой стали брошенные на снег шинели. Секундантом Пушкина был его лицейский товарищ подполковник Константин Данзас (первоначально Пушкин вёл переговоры с британским дипломатом Артуром Меджнисом, но он отказался, увидев невозможность примирения), секундантом Дантеса — сотрудник французского посольства виконт Оливье д’Аршиак, который приходился родственником Дантесу.
Дантес, не дойдя до барьера одного шага, выстрелил первым. Пуля сразила Пушкина: он упал, но сказал, что у него хватит сил сделать ответный выстрел. Секунданты бросились к поэту, тот сказал: «Я в силах стрелять!»
При падении Пушкина его пистолет упал в снег и поэтому Данзас подал ему другой. По другой версии, Пушкин сам попросил сменить пистолет и Д’Аршиак стал возражать, но Дантес знаком остановил егоПисьма Данзаса и Даршиака к князю П. А. Вяземскому // «Пушкин», том VIII, Издание Суворина. — С. 599, 601.. Дантес снова встал к барьеру. Пуля из пистолета опиравшегося на одну руку Пушкина попала Дантесу в грудь. Современники указывали, что «если бы Дантес не держал руку поднятой, то непременно был бы убит; пуля пробила руку и ударилась в одну из металлических пуговиц мундира, причём всё же продавила Дантесу два ребра» (так же в письме Василия Жуковского Сергею Львовичу Пушкину: «эта пуговица спасла Геккерна»)Щербинин А. А. Из неизданных записок // Вересаев В. В. Пушкин в жизни. — М.: Московский рабочий, 1987. — С. 564—565.. Современные исследователи, предлагая рассматривать дуэль как предумышленное убийство, утверждают о надетой Дантесом перед дуэлью кольчуге или даже кирасе; при этом Данзаса сделали виновником гибели поэта — в вину ему ставилась «игра в благородство»: он не только не осмотрел одежды Дантеса, но и нарушил дуэльный кодекс, не пригласив на место поединка врача и не настояв на составлении подробного протокола после него. Отвечая таким исследователям, Янина Левкович указала, что не сохранилось никаких сведений об осмотре одежды противников перед дуэлями и что «подобная проверка могла поставить проверяющего в смешное положение, вызвать пересуды, возмущение» и спровоцировать новую дуэль. Отправлявшийся на поединок (вне зависимости от своего морального облика) не мог надеть на себя никакого защитного приспособления, имея в виду, что ранение любой тяжести в случае, если бы это приспособление не помогло, привело бы к немедленному осмотру раненого и неизбежному открытию его уловки, а это грозило ему бесчестием и остракизмом.
Раненый Пушкин был повезён с места дуэли на санях извозчика; а у Комендантской дачи пересажен в карету, которую послал старший Геккерн.
Ныне на месте последней дуэли, в сквере у пересечения Коломяжского проспекта и железнодорожной линии Сестрорецкого направления (район метро «Чёрная речка»), установлен памятный обелиск.
Смертельное ранение Пушкина
Пушкина с места дуэли привезли домой, на набережную реки Мойки, дом 12. Время — 18:30.
В дом поэта на руках внёс дядька Никита Козлов. Это был крепостной отца, знавший Пушкина с первых дней, ставший ему настоящим другом и прошедший с ним практически весь жизненный путь, кроме лицейских лет и года Михайловской ссылкиТыркова-Вильямс, А. В. «Жизнь Пушкина» в двух томах. Париж: YMCA-Press, т. 1, 1929; т. 2, 1948..
Пушкина переодели, подвели к дивану, уложили и вскоре приказали лечить. Этот диван станет последним пристанищем Пушкина. Наталья Гончарова, увидев всё это, была не в силах уснуть — она рыдала, иногда плач переходил в истерику.
Весть о смертельном ранении Пушкина проносится на весь Петербург. Спустя два дня, в день кончины Пушкина, столица замерла. На церемонию прощания пришло около 50 000 человек.
По заключению врачей, пуля раздробила ткани, оставшись внутри живота. Всю последующую ночь с 27 на 28 января Пушкин страдал от сильной боли и кровотечения. Доктора облегчали страдания только льдом. 28 января в 14:00 через слуг поэта Дантесу приходит записка со словами:
«Я вас прощаю. У меня раздроблено бедро. Передайте Екатерине, что она тоже помилована.»
Рана оказалась смертельной, о чём Пушкину сообщил Василий Шольц, врач-хирург и акушер. После осмотра Пушкина Николай Арендт, врач-хирург и лейб-медик императора, уезжает в Зимний дворец доложить о случившемся Николаю I.
Несмотря на усилия врачей под руководством Арендта, спасти поэта так и не удалось. После дуэли Пушкин прожил ещё 46 часов и 15 минут. Поэт скончался а, в пятницу, в 14:45Даты жизни и творчества А. С. Пушкина: К столетию со дня смерти А. С. Пушкина 1837—1937. — М.: Изогиз, 1937. — , 300, с. — С. 280.. В момент его кончины были остановлены часы, которые как реликт эпохи хранятся до сих пор, став одним из значимых экспонатов музея, организованного в этом доме впоследствии.
Врачи, боровшиеся за жизнь ПушкинаМ. Давидов. Дуэль и смерть А. С. Пушкина глазами современного хирурга // «Урал», 2006, № 1.: Карл Задлер и Василий Шольц — видные российские медики-акушеры, произведшие первый осмотр и перевязку Пушкина, пока друзья поэта разыскивали более подходящих специалистов. Николай Арендт, руководивший лечением с момента приезда и до кончины поэта; 51 год, доктор медицины, лейб-медик императора Николая I с 1829 года. Иван Спасский, домашний врач семьи Пушкина, академик,— практически всё время был при раненом, выполняя назначения Арендта. Позже, вместе с Владимиром Далем производил вскрытие тела; написал дневник о последних днях поэта. По отзывам современников, прекрасный и очень авторитетный врач. Владимир Даль — с полудня вёл дневник истории болезни, писал протокол вскрытия. 36 лет. К этому моменту защитил докторскую диссертацию по хирургии. Современники называли его мастером на все руки и ловким хирургом. Впоследствии (в 1867 году) издал «Толковый словарь живого великорусского языка». Христиан Саломон — проконсультировал Арендта при первом осмотре раненого. 41 год. Современники считали его прекрасным хирургом, он одним из первых в России использовал эфирный наркоз. Ефим Андреевский. Вызван как специалист по перитониту. По свидетельству Александра Тургенева и Владимира Даля, именно он закрыл Пушкину глаза. 49 лет. Гоф-медик, доктор медицины и хирургии. Илья Буяльский. Консультировал Арендта по поводу ранения Пушкина. 48 лет. Заведующий кафедрой анатомии Санкт-Петербургской Медико-хирургической академии, один из крупнейших российских хирургов.
Ход лечения и его оценка