Перри Мейсон () — литературный персонаж серии романов классика американского детектива Эрла Стенли Гарднера, практикующий ский адвокат. Первый роман о приключениях Мейсона вышел в 1933 году. Главным отличием Мейсона от других литературных адвокатов является то, что помимо представительства клиентов в суде Мейсон проводит своё частное расследование, параллельно с полицией осуществляет собственные следственные мероприятия, самолично исследует места преступлений, обстоятельства их совершения, вещественные доказательства и добывает другие сведения, которые могут помочь оправдать его клиентов и изобличить истинных преступников.

Романы серии отличаются исключительным динамизмом, реалистической продуманностью деталей сюжета и непременным торжеством справедливости в конце. Всё это обеспечило серии широкую популярность, особенно в годы Великой депрессии; благодаря романам о приключениях Мейсона Эрл Стенли Гарднер стал одним из самых издаваемых писателей США. Литературная серия из 82 романов и нескольких коротких рассказов продолжалась почти сорок лет (1933—1973), последний роман был опубликован уже после смерти автора (1970). Многие романы были неоднократно экранизированы. Общий тираж серии только в США превысил 300 миллионов. Цикл романов о Перри Мейсоне занимает третье место в десятке самых продаваемых книжных серий.

История

Перед тем, как начать романы об адвокатской деятельности, Гарднер сам около двадцати лет проработал адвокатом, потому в его романах присутствует образцовое знание полицейской и судебной процедуры, аспектов проведения судебной экспертизы и многих других тонкостей адвокатской деятельности. Что касается имени главного персонажа, то, будучи ещё ребёнком, Гарднер был постоянным читателем бостонского журнала «Спутник молодёжи» (The Youth’s Companion). Журнал выходил в издательстве «Перри Мейсон & компания». Позже, создавая литературного героя, Гарднер выбрал имя издателя своего любимого детского журнала.

Многие критики полагают, что в образе Перри Мейсона автор изобразил самого себя. Согласно другой версии, прототипом послужил известный лос-анджелесский адвокат Эрл Роджерс.

Первые 9 романов Гарднера впервые были опубликованы в журнале «Black Mask» (Чёрная маска), последующие — преимущественно в «The Saturday Evening Post». С 1957 по 1966 годы Гарднер активно участвовал в экранизации своих романов.

Персонажи

Перри Мейсон, Делла Стрит, Пол Дрейк

Три персонажа — адвокат Перри Мейсон (Perry Mason), его преданная секретарша Делла Стрит (Della Street) и частный детектив Пол Дрейк (Paul Drake) — действуют во всех романах цикла.

Внешность Перри Мейсона кратко описана в нескольких ранних романах цикла. Например, в «Деле о мрачной девушке» («The Case of the Sulky Girl», 1933) говорится:

Перри Мейсон производил впечатление большого, сильного человека. Он не был полным, но от него исходила внутренняя энергия. Посетительница увидела широкоплечего мужчину с грубыми чертами лица и с прямым взглядом серых глаз. Эти глаза часто меняли выражение, однако лицо всегда оставалось спокойным. В этом человеке не было ничего кроткого и смиренного, сразу же становилось ясно, что это борец, причём борец, который может сколь угодно долго выжидать удобный момент для нанесения сокрушительного удара и нанесет его именно тогда, когда получит наилучший эффект, а сам при этом не будет испытывать ни малейших угрызений совести от содеянного силой своего ума.

В начале 1930-х Мейсон получил в штате Калифорния лицензию на право осуществления адвокатской деятельности, нанял секретаршу Деллу Стрит и приступил к работе. Мейсон кратко характеризует себя как «специалиста по избавлению людей от неприятностей»«Дело о бархатных коготках» («The Case of the Velvet Claws», 1940), глава 7.. Он практически не занимается вопросами гражданского права, имущественными или наследственными спорами, сосредоточившись на защите обвиняемых в уголовном преступлении, чаще всего — в предумышленном убийстве:

«…Я охотник, Делла. Некоторые мужчины получают удовольствие, охотясь на львов и тигров. Другие отстреливают мелкую дичь; некоторые охотятся не для того, чтобы убивать, а ради самой охоты. Ну, а я охочусь на убийц»Дело о преследуемом муже («The Case of the Haunted Husband», 1941), глава 18..

— Мне нравится острая борьба, …и потом, я берусь только за те дела, где приходится разрешать какую-то загадку. Я начинаю углубляться в подробности, что-то выясняется, отсюда и интерес, и возбуждение. Как правило, я не хожу проторенными тропами и не боюсь рисковать. Уж так я создан. Обычная кабинетная практика меня ни капельки не привлекает. Я не чураюсь никакой работы, которая требуется в интересах дела. Что же касается стандартных тяжб и споров, то пусть ими занимаются другие«Дело о тонущем утёнке» («The Case of the Drowning Duck», 1942), глава 1..

Огромный жизненный опыт, профессионализм и понимание человеческой психологии позволяют Перри Мейсону рисковать и браться за дела, которые со стороны представляются совершенно безнадёжными. И если он верит обвиняемому и соглашается защищать его, в конце концов тот практически всегда действительно оказывается невиновным. Однако Мейсон всегда принципиально исходит из убеждённости в том, что обвиняемый невиновен, с самого начала:

— Адвокат обязан верить своему клиенту… Дело тут вовсе не в человеческих достоинствах защитника. Во время процесса ты как бы являешься совестью твоего подзащитного, а ведь он доверяет тебе свою жизнь. Стоит тебе усомниться в его невиновности, как ты уже начинаешь совершенно иначе, не в его пользу, интерпретировать улики, применяя к ним ошибочные мерки…«Дело о тонущем утёнке» («The Case of the Drowning Duck», 1942), глава 13..

Иногда во имя торжества справедливости Мейсон не останавливается перед мелкими нарушениями формальностей закона (например, фабрикацией или сокрытием улик), если полагает, что это подтолкнёт суд к правильному решению. И снова оказывается прав. При этом «сфабрикованные» Мейсоном псевдо-улики позволяют задать правильное направление мыслям прокуратуры и полиции, но затем всегда разъясняются и отбрасываются — Мейсон ни разу не допустил, чтобы они были положены в основу обвинения и использовались в судебном процессе.

Свои принципы Мейсон пояснил в беседе с прокурором Гамильтоном Бёргером в романе «Дело о фальшивом глазе»(«The Case of the Counterfeit Eye», 1935), глава 10.:

Я ещё никогда не оставлял клиента на произвол судьбы, даже если он был виновен… Я не спрашиваю клиента, виновен он или нет. Когда я даю согласие клиенту заняться его делом, то получаю с него деньги. Виновный или нет, он в итоге предстанет перед судом. Но если я узнаю, что мой клиент виновен, особенно в убийстве, и что его нельзя оправдать ни морально, ни по закону, я заставляю его признать вину и отдаю на милость суда… В случае морально оправданного убийства я спасаю человека, конечно, если это возможно.

Более того, в нескольких романах цикла (например, «Дело о воющей собаке»; «The Case of the Howling Dog», 1934) Мейсон добивается оправдания своего подзащитного, когда точно знает, что тот виновен — однако считает действия обвиняемого морально оправданными.

Основной рабочий инструмент Перри Мейсона — виртуозно развитая, железная, мастерски применяемая логика. Как правило, ему удаётся мысленно реконструировать картину преступления — очень часто на первый взгляд совершенно невероятную, однако учитывающую абсолютно все известные следствию факты и выстраивающую их в последовательную и безупречно логичную конструкцию.

— Послушайте, Мейсон, но нельзя же так! Я уверен, что вы знаете об этом деле гораздо больше, чем мы, — взмолился прокурор.

— Нет, не знаю, — сказал Мейсон. — Вы располагаете всеми теми же фактами, что и я.

— Ну, возможно, вы лучше умеете делать выводы из тех фактов, которые всем нам известны.

— Благодарю вас, — поклонился Мейсон«Дело о беззаботном котёнке» («The Case of the Careless Kitten», 1942), глава 23..

Порой, если какие-то из представленных суду фактов не вписываются в выстроенную схему — как уже упоминалось, принципиально исходящую из убеждения в невиновности клиента, Мейсону удаётся обнаружить и доказать их неправильную трактовку следствием или прямую фальсификацию преступником.

— Дело об убийстве напоминает детскую игру, в которой, чтобы увидеть картинку, нужно сложить вместе маленькие кусочки. Если ты нашёл правильное решение — все части подходят, а если какие-то из них не укладываются — значит, найдено неправильное решение… Как только вы находите правильное решение, все доказательства встают на свои места. Или наоборот, как только все доказательства встают на свои места, вы находите правильное решение«Дело об одинокой наследнице» («The Case of the Lonely Heiress», 1948), глава 22..

Перри Мейсон очень профессионален и обладает широчайшей эрудицией в самых разных областях, от астрономии до океанографии. Он превосходно знает действующее право штата Калифорния, внимательно следит за последними достижениями судебной медицины и криминалистики, новыми данными в области баллистической, токсикологической, дактилоскопической, трасологической экспертизы. В результате Мейсону часто удаётся успешно оспаривать неправильные, неточные или излишне категоричные утверждения экспертов, привлечённых обвинителем.

Но главное, никем не превзойдённое оружие Перри Мейсона — его блистательные выступления в судах. Конёк знаменитого адвоката — не только эффектное, но и чрезвычайно эффективное проведение перекрёстного допроса свидетелей, позволяющее выявить и убедительно продемонстрировать суду их заблуждение, предубеждение или лжесвидетельство. Иногда это блестящие и совершенно неожиданные тактические импровизации. Но куда чаще Мейсон, и вмешиваясь «по ходу дела» (в процессуальном праве США есть такая возможность) в прямой допрос, проводимый прокурором, и при перекрёстном допросе совершенно сознательно реализует определённую стратегию, некий выведенный им алгоритм, приводящий невнимательного, фантазирующего или недобросовестного свидетеля к фактическому саморазоблачению:

Не стоит протестовать против вопросов, которые могут дать возможность услышать новые факты. Заявляйте протест против формы вопросов — таким образом вы всегда будете держать прокурора в напряжении и докажете ему, что следите за каждым словом свидетеля. Но в целом давайте свидетелю возможность болтать всё, что ему вздумается. Любая случайно вырвавшаяся фраза может быть нам чрезвычайно полезной. Чем больше свидетель говорит, впервые стоя перед судом, тем больше вероятность, что к следующему разу он забудет все эти многословные выдумки и начнёт противоречить сам себе… Того и гляди, откуда ни возьмись появится какая-нибудь новая и совсем незначительная деталь, но она-то и решит всё дело«Дело беспокойной рыжеволосой» («The Case of the Restless Redhead», 1954), глава 16..

Перри Мейсон одновременно предельно хладнокровен и очень артистичен. В судебном заседании он может очень правдоподобно разыграть недоумение, нетерпение, ярость, но на самом деле всегда великолепно владеет собой:

Хороший адвокат всегда должен помнить одну вещь — никогда не выходи из себя, если тебе за это не заплатили«Дело о светящихся пальцах» («The Case of the Fiery Fingers, 1951), глава 8..

Очень часто Мейсону удаётся «развалить» обвинение ещё на стадии предварительного слушания, без присяжных — как правило, указав председательствующему судье, окружной прокуратуре и полиции на истинного виновника, то есть фактически раскрыв преступление; лейтенант Трагг как-то в сердцах признал, что Перри Мейсон раскрыл больше убийств, чем вся полиция округа Лос-Анжелес. Если же дело доходит до рассмотрения по существу, адвокат добавляет к этому арсеналу великолепное понимание психологии присяжных заседателей, позволяющее предсказать их реакцию на ход судебного процесса и поведение его участников, как следствие — во многих случаях управлять этой реакцией. Cудебные заседания, если в них участвует Перри Мейсон, часто оказываются захватывающим драматическим зрелищем, привлекающим огромное количество зрителей и журналистов.