Франсуа́ Анрио́ (; 3 декабря 1759 года, Нантер — 28 июля 1794 года, Париж) — французский революционер, главнокомандующий национальной гвардии Парижа после восстания 31 мая — 2 июня 1793 года до термидорианского переворота 27 июля 1794 года. После восстания Парижской Коммуны 9 термидора в поддержку арестованных робеспьеристов объявлен Конвентом вне закона и казнён без суда и следствия на следующий день, 10 термидора (28 июля 1794 года). Его именем названа одна из улиц его родного Нантера ().
Происхождение
Из семьи бедных крестьян в услужении у парижского буржуа по имени Жюдре ().Отец Эдме Анрио () умер 16 Ноября 1787 года в возрасте 72 лет, мать Маргарет Давуан (). Старшая сестра, Мари-Сесиль (), родилась в 1753 году. Выучился грамоте, хотя нет никаких свидетельств, что он учился в приходской школе, что позволило ему работать вначале в Париже посыльным у нотариуса. В 1789 году Анрио работает клерком на одной из налоговых застав Парижа ( ). Во время бунта 12-13 июля 1789 года в Париже, привёдшего к взятию Бастилии, присоединился к восставшим. Участвовал в уничтожении налоговых документов, за что был временно арестован; освобождён в 1790 году благодаря кампании Марата в прессе в защиту арестованных.
Первые годы революции
В 1790 Париж был разделен на 48 секций, которые составили 48 революционных нервных центров Парижа. Анрио принадлежал к 47-й секции, Ботанического сада (), прилегающей к набережной Сены. После 10 августа 1792 года эта секция стала называться секцией Санкюлотов ().
20 июня 1791 года и король Людовик XVI бежал с семьей из Тюильри. Это событие как громом поразило и Национальное собрание, и муниципалитет, и все население столицы. События этих дней получили название «Вареннский кризис». Очевидная для всех измена короля породила острый политический кризис. Продолжала набирать обороты идея об отмене монархии и установлении республиканского режима. Клуб кордельеров возглавили движение народных масс, настаивавших на отречении «короля-изменника» от власти.
Алтарь Отечества на Марсовом поле сделался театром народных манифестаций. Кордельеры развернули агитацию против этой политики Учредительного Собрания. Они составили петицию, призывавшую не подчиняться незаконной власти короля-изменника. Руководство движением оставалось в руках кордельеров — Эбера, Бонвиля, Шомета, Коффиналя, Моморо. По их предложению тут же, на «алтаре отечества», была составлена петиция 17 июля 1791 г. на Марсовом поле. Хотя она и не упоминала прямо о республике, но по существу своему она носила безусловно республиканский характер. Подписалось под ней более 6 тысяч человек, в том числе Франсуа Анрио, — Шомет, Эбер, Анрио, Коффиналь, что свидетельствует, что Анрио является активным членом клуба Кордельеров.. После того, как безуспешно были сделаны несколько предупредительных выстрелов, национальные гвардейцы открыли огонь прямо в толпу. Около 50 человек было убито и сотни ранено. Впервые одна часть третьего сословия выступила с оружием в руках против другой его части.
8 декабря 1793 года, Анрио, будучи главнокомандующим национальной гвардии, ссылаясь на события 17 июля 1791 года, объявит в Парижской Коммуне: «Я никогда не буду применять военную силу против народа; не штыки должно использовать для обеспечения законов, но оружие разума» ().
В 1792 году Франсуа Анрио, к этому времени капитан батальона национальной гвардии секции Ботанического сада, участвует в восстании 10 августа 1792 года, приведшем к свержению монархии. Обвинялся противниками в активном участии в Сентябрьских убийств, хотя его имени нет в списке обвиняемых 1795 года. Предполагают, что его путали с другим именем — Умбер Анрио ().
Определить деятельность Анрио в жизни своей секции довольно трудно, но можно быть уверенным, что он не был пассивным наблюдателем. Таким образом в докладе министра внутренних дел, жирондиста Ролана можно найти: «Анрио, командир батальона секции Санкюлотов, является сторонником Горы и Коммуны, радикальный представитель военной части своей секции». В это время, Анрио живёт по адресу , улицу, которая не изменила свое название с 18-го века. Дом № 21, где Анрио жил, был снесён в 1907 году.
Командующий национальной гвардии
В мае 1793 года Анрио активно участвует в борьбе против жирондистской части Конвента. Один из составителей обращения секции Санкюлотов к Конвенту. В отсутствие Сантера, который был послан в Вандею на подавление контрреволюционного восстания, назначается временным главнокомандующим национальной гвардии Парижа, что говорит о его известности в секциях и доверии к нему лидеров восстания. Из записок Шометта о событиях 31 мая - 2 июня: — «Революционный Генеральный Совет назначает гражданина Анрио, командующего силами секции Санкюлотов, временным главнокомандующим. Мгновенно создается новый штаб, который приносит революционную присягу. Каждый офицер на своем посту ожидает приказов командующего, и все граждане готовы выступить по первому сигналу». Первой заботой Анрио было установление контроля над ключевыми позициями столицы — Арсенал (), Пале-Рояль и мост Пон-Нёф. Он приказывает закрыть городские заставы и арестовать подозрительных.
В ночь 1 на 2 июня революционный комитет по согласованию с Коммунной приказал Анрио «окружить Конвент вооруженной силой, достаточной, чтобы вызывать уважение, и чтобы вождей заговора можно было арестовать в течение дня в случае если Конвент откажется удовлетворить справедливые требования парижских граждан». Были отданы приказы о запрещении жирондистских газет и аресте их редакторов.
На следующий день, 2 июня, город с раннего утра был уже на ногах. Национальная гвардия окружила Конвент. Анрио привел к Конвенту всю артиллерию 163 пушки со всех сторон навели на Конвент свои жерла. Кроме национальной гвардии Революционный комитет мобилизовал санкюлотов секций. Стотысячная армия заняла все прилегающие к Конвенту улицы. Чтобы предотвратить всякий повод к кровопролитию и пользоваться вооружённой силой только как давление на Конвент, Анрио расположил в первых рядах наиболее надёжные батальоны национальной гвардии. Анрио отдал строгий приказ не впускать и не выпускать ни одного депутата в зал заседаний.
В Конвенте, депутат Лакруа вбежал в зал и, бросившись к трибуне, объявил, что ему не позволили выйти и что Конвент более не свободен. Большая часть собрания пришла в негодование против Анрио и его войск. Барер предлагает Конвенту выйти к народу. «Депутаты! — говорит он, — позаботьтесь о своей свободе; прервём заседание и заставим штыки, которыми нам угрожают, опуститься перед нами».
И Конвент, кроме около 30 депутатов Горы, во главе со своим президентом Эро де Сешелем попытался в театральном шествии пройти сквозь стену стали, окружавшую их. У ворот, ведущих к площади Карусель, их путь преградил Анрио на коне, с саблей в руке, в окружении своего штаба и национальных гвардейцев. «Чего требует народ? — спросил президент Эро де Сешель — Конвент заботится исключительно о его счастьи». «Эро,— ответил Анрио, — народ восстал не для того, чтобы услышать очередные фразы. Он требует двадцать два предателя. Если в течение часа народ их не получит, я превращу твой Конвент в груду развалин!». «Выдай нас всех!» раздались голоса вокруг президента. Анрио повернулся к своим артиллеристам и отдал приказ: «Canonniers, a vos pieces!» (Канониры, к орудиям!).
11 июня на заседании восставшей Коммуны Анрио слагает свои полномочия временного командующего национальной гвардии. Напряжённость и неопределённость обстановки в Париже после восстания особенно показательна во время выборов постоянного командующего 16 июня. Анрио остаётся кандидатом радикально настроенных секций и Коммуны. И всё же в первом туре, Рафе (), кандидат более умеренных секций набирает больше голосов — 4 956 против 4 575. Окончательное голосование запланировано на субботу, 29 июня, секции созываются в 4 часа дня. Секционные активисты усиливают давление в секциях за кандидатуру Анрио, вплоть до того, что Парижская Коммуна открыто заявляет, что не утвердит кандидатуру Рафе в случае избрания. В результате такого давления Анрио побеждает. Из 15 334 поданных голосов он собрал 9 034, а Рафе — 6 095; 155 голосов признаны недействительными. 3 июля 1793 года произведён в бригадные генералы, а после событий 5 сентября присвоено звание дивизионного генерала 19 сентября 1793 года.
Термидор
9 термидора кризис в правительстве достиг пика. В Конвенте Робеспьеру и его сторонникам не было позволено говорить, и против них был объявлен обвинительный декрет. Было также постановлено арестовать Анрио и , председателя Революционного трибунала, оба сторонники Робеспьера — лишить «тирана» Робеспьера его генерала и его судью. Конвент декретировал эти аресты. По дополнительному предложению было решено арестовать помощника и адъютантов Анрио.
События оказались полной неожиданностью для всех. Коммуна отказалась выполнять приказы Конвента. У всех на памяти были события 10 августа и 31 мая — был механизм восстания и участники, тем более Анрио, как командующий национальной гвардии, опыт и роль в восстании против Жиронды. Но в этот раз обстоятельства были другие. Коммуна и секции были наполнены ставленниками и агентами комитетов. Уничтожение эбертистов и подавление активистов секций породило апатию и чувство подчинения правительству. Механизм восстания был повреждён, к чему политика якобинского правительства, включая и самих робеспьеристов, и вела в предыдущие месяцы. «Революция оледенела, все её принципы ослабли, остался лишь красный колпак на головах интриги» — записал Сен-Жюст в это время. К тому же 5 термидора (23 июля) Коммуна опубликовала новый максимум (), лимитирующий заработную плату наёмных работников (в некоторых случаях вдвое) и вызвавший резкий протест в секциях.
После получения новостей из Конвента мэр Парижа Флерио-Леско отдаёт приказ закрыть городские заставы, бить в набат и призывает секции Парижа присоединиться к восстанию. Анрио сразу начинает отдавать распоряжения национальной гвардии, командирам шести легионов — разместить 400 гвардейцев у ратуши Коммуны (), мобилизовать конную жандармерию и прислать артиллерию секций. Казалось, Анрио принял все меры для мобилизации вооружённых сил в поддержку восставшей Коммуны, но последующие события показали, что всё было не так просто. Секции и Якобинский клуб объявляют непрерывность заседаний. Из 48 секций Парижа 27 запросили инструкции у Коммуны, но только 16 послали национальную гвардию.
Затем Анрио с несколькими жандармами пытается освободить арестованных депутатов. В порыве безрассудной отваги, он бросился в Комитет общественного спасения, надеясь освободить Робеспьера, но был арестован сам. Генеральный совет Коммуны узнал об аресте Анрио около 6 часов. Муниципалитет призывает собравшихся перед ратушей гвардейцев: «нужно освободить арестованных патриотов. Вперёд, канониры, вперёд граждане, спасем родину ещё раз!» (). Коффиналь во главе верных Коммуне войск ворвался в Конвент, нашел там Анрио и освободил его. Многие историки — Матьез, например, включая и советских историков (Волгин, Тарле, Манфред), считали, что Анрио допустил роковую ошибку не захватив Конвент и арестовав заговорщиков. Однако, при прочтении источники, которые приводят историки XIX века Бюшез, Тьер, Амель, можно заключить, что Анрио скорее всего не мог этого сделать в тот момент. Войска Коффиналя с радостью освободили Анрио, своего командующего, но это вовсе не означало, что они готовы были направить свои ружья против Конвента. Анрио приказывает вернуться к ратуше. «Освобождение Анрио» — Конвент 27 июля 1794 года (нажмите «показать», чтобы увидеть) Заседание Конвента 27 июля 1794 г. (9 термидора II года), 7 часов вечера Гупильо: Довожу до сведения Конвента, что Анрио бежал и что его уводят с триумфом. (Собрание содрогается от ужаса)