Мари́я Алекса́ндровна Горячко́вская (псевдонимы: Элеонора Диксон, Мария Евгеньева; 1879 или 1883, Винница, Российская империя — после 1929 года) — русская писательница, журналистка и переводчица. Автор стихов, прозы, публицистики (с противоположных политических позиций), популярных книг, изданных на волне Февральской революции 1917 года, в том числе беллетризованного памфлета «Любовники Екатерины», неоднократно переиздававшегося в 1980—1990-е годы. Страдавшая психическим расстройством Горячковская совершила в 1910 году убийство собственного ребёнка, а в конце 1924 — начале 1925 года покушалась на жизнь советского дипломата Леонида Красина и немецкого физика Альберта Эйнштейна.
Биография
Происхождение и ранние годы Сведения ранней жизни Горячковской неполны. В исследовательской литературе указывается, что она родилась в Виннице в семье врача-еврея Исаака-Александра Осиповича Шафира (1852—?)Михаил Эдельштейн. Убить ЭйнштейнаРоссийский медицинский список на 1878 год: Шафир Исаак, Александр Осипович (звание лекаря получил в 1878 году)Российский медицинский список на 1892 год: Исаак-Александр Осипович Шафир (1852), училищный врач в Виннице, в 1890-е годы служившего врачом при Винницком двухклассном начальном еврейском училищеАдрес-календарь Подольской губернии на 1895 год; имя при рождении и точная дата рождения не установлены (встречаются разные версии, в частности, Амалия Шафир или Надежда). В юности она, по-видимому, покинула семью, приняла христианство и стала носить имя Мария. Она вышла замуж за военного врача Алексея Васильевича Горячковского (1868—?)Российский медицинский список на 1898 год: младший врач резервного пехотного батальона, Очаков, Одесский уезд, Херсонская губернияРоссийский медицинский список на 1900 год: младший врач 165 пехотного полка, Кролевец, Черниговская губернияИстория первой частной аптеки КиеваРоссийский медицинский список на 1906 год: младший врач 165 пехотного полка, Жмеринка, Подольская губерния, служившего младшим врачом в разных воинских соединениях, расквартированных на Украине, а в 1907 году переведённого в КиевРоссийский медицинский список на 1907 год: младший врач 4-го понтонного батальона, Киев, и сохранила фамилию и после расставания с ним.
1905—1910: эмиграция, журналистика и детоубийство В 1905 году Горячковская упомянута в среде русской эмиграции в Женеве и Париже; к этому времени относится публикация пьесы «Последний день кровавого царя» (Париж, 1905), изображающая расправу над Николаем II. Позднее она перебралась в США, где родился её сын Николай, а политические взгляды резко изменились: она начала выступать как правый публицист и сотрудничала с русской прессой, в том числе с газетой «Новое время», в частности, брала интервью у П. А. СтолыпинаМихаил Эдельштейн. Мария Горячковская пишет Василию Розанову / Русский модернизм и его наследие: Коллективная монография в честь 70-летия Николая Богомолова. М.: Новое литературное обозрение, 2021..
К 1909—1910 годам в источниках описываются выраженные признаки тяжёлого психического расстройства (бред преследования и «всемирного заговора», связывавшегося ею с кадетами, евреями, П. Н. Милюковым и Е. Ф. Азефом, которого она считала отцом своего ребёнка). «Её основная мания — международная сеть торговцев живым товаром, поставляющая девушек и мальчиков в гаремы и дома терпимости Турции и Ближнего Востока».
Летом 1910 года, во время морского переезда из Англии в Россию, она задушила малолетнего сына (спасая его, как ей представлялось, от неких педофилов) и по прибытии была направлена на психиатрическое лечение, где провела несколько лет (с перерывами).
1915—1916: «Элеонора Диксон» в Туркестане В годы Первой мировой войны она сумела покинуть лечебницу (это первый из минимум четырёх её побегов из психбольниц) и оформила документы на имя польской дворянки «Элеоноры Диксон». Под этим именем она жила в Средней Азии (Мерв и Ташкент), печаталась как поэтесса и прозаик. Тематика её творчества среднеазиатского периода также частично связана с борьбой против сексуальной эксплуатации детей, но большая часть посвящена страданиям восточной женщины. Современные исследователи относят её к тем поэтессам Серебряного века, которые смотрят «на восточную культуру … глазами европейского человека, в первую очередь, замечающего вокруг греховное начало (например, содомский грех)»Звонарёва Л. У., Звонарёв О. В. Влюблённые в мистическую Азию. Восток и творчество поэтесс Серебряного века // Либерально-демократические ценности, 2019 № 3-4. Известны её контакты с опальным великим князем Николаем Константиновичем, который жил в Ташкенте, и продолжение начавшейся ещё в 1909 году переписки с В. В. Розановым, который рецензировал одну из её ташкентских книг. На разных этапах переписки она использовала разные имена, и Розанов, скорее всего, не подозревал, что убившая ребёнка журналистка «Нового времени» и поэтесса из Ташкента — одно лицо. В 1916 году «Диксон» была выслана из Ташкента в Оренбург по обвинению в попытке шантажировать великого князя.
1917—1924: Москва, массовая литература и советские учреждения
После Февральской революции Горячковская жила в Москве и выпускала книги под псевдонимом «Мария Евгеньева» в издательстве «Воля». За короткий срок она опубликовала несколько популярных изданий, включая беллетризованный очерк-памфлет «Любовники Екатерины», позднее многократно переиздававшийся в конце 1980-х — начале 1990-х годов общим тиражом более миллиона экземпляровЕвгеньева М. Любовники Екатерины. — : Внешторгиздат, 1989.. С «февральским» спросом на сенсационные, разоблачительные и пикантные книги о Романовых связаны также книжки Горячковской-Евгеньевой «Романовы. История династии» и «Роман цесаревича» о Матильде Кшесинской. Ей же написан роман о духовенстве «Любовники в рясах» и научно-просветительные очерки «Борьба за землю в истории» и «Якобинский клуб».
Псевдоним «Евгеньева» был ей выбран в честь Евгения (Евно) Азефа, которому она в 1917—1918 годах посылала в Германию любовные письма и подарки («3 коробки конфект от Елисеева, фунта хорошего русского чая, фунта какао Эйнем, коробку бисквитов, 3 лимона и букет совсем засохших цветов»), обращаясь к нему как к знакомому и бывшему партнёру; в реальности скорее всего они никогда не встречались. До адресата дошли подарки (Азеф сидел тогда в Моабитской тюрьме и очень удивился посылке), но не письма, отложившиеся в полицейском архиве: к тому моменту Азеф уже вышел из тюрьмы и вскоре после этого умер. Это не мешало «возлюбленной» считать, что Азеф (в том числе и уже после смерти) ей отвечает, и упрекать его за холодный тон в новых посланиях.
В 1920-е годы она работала в различных советских структурах (упоминаются должность судебного следователя в Саратове, затем возвращается в Москву и служит в Рабкрине и Коминтерне). В архивном фонде в НИОР РГБ хранятся документы, связанные с её деятельностью как писательницы, корреспондента «Нового времени» (1908—1910) и переводчицы — сотрудницы Коминтерна. Она продолжала писать стихи; известен лаконичный внутренний отзыв Валерия Брюсова на рукопись её сборника под псевдонимом «Элеонора Диксон»: «Элементарно плохие стихи во всех отношениях». Позже журналист «Огонька» указывал, что Диксон писала «рассказы и драматические произведения, которые ценятся в литературных кругах, а пьесы принимаются к постановке. В литературном и театральном мире она считается талантливым и уж, конечно, вполне нормальным человеком. Одновременно с писательством она работает в советском учреждении, где служит переводчицей при членах-иностранцах, так как свободно владеет 6 языками»Мария Диксон перед французским судом // Огонек. М., 1925. № 5 (96), с. 11-13.
Темпераментная и настойчивая, Горячковская добилась личных приёмов у самых высокопоставленных деятелей советского государства, включая В. И. Ленина и наркома просвещения А. В. Луначарского. 22 июля 1920 г. Луначарский писал Ленину: «Мною получена от Вас копия письма писателя М. Арцыбашева, в котором он просит через некую Элеонору Диксон отпустить его за границу»; по-видимому, она лично вручила письмо Арцыбашева Ленину.
В то же время, до поры до времени, не проявляя явных признаков психического нездоровья на службе и в литературных кругах, она приставала с подозрениями и угрозами к своим соседям по коммунальной квартире, которые в 1921 году подавали жалобу, требуя её госпитализации, но тогда «со всех сторон посыпались протесты на это распоряжение — с ручательствами, удостоверениями о несомненной нормальности гр. Горячковской». Год спустя она всё же была с декабря 1922 по апрель 1923 года госпитализирована в московскую больницу им. Кащенко, откуда дважды бежала. По заключению психиатра, она «страдала душевным расстройством в форме dementia praecox paranoides (раннее слабоумие в параноидной форме, выражающейся в бреде преследования и бреде отношения)».
Луначарский позже рассказывал о «мадам Диксон» как о навязчивой посетительнице Наркомпроса, подробно изложившей в записке на его имя свой бред, а затем «выбросившей из квартиры» присланного наркомом здравоохранения Н. А. Семашко психиатра. В 1923—1924 годах Луначарский содействовал её отъезду на юг «для поправления здоровья», а затем — получению документов для выезда из СССР через Батуми в Италию.
1924—1929: покушения в Европе и последние сведения
11 декабря 1924 года в Париже Горячковская (скомбинировавшая оба псевдонима — «Мария Евгеньева из Риги, вдова англичанина Диксона») была задержана у советского полпредства с револьвером; на допросах заявляла о намерении убить полпреда Л. Б. Красина. Французский суд признал её виновной в незаконном ношении оружия и назначил краткий срок заключения с последующей высылкой. После высылок из Франции и Бельгии она оказалась в Германии; 31 января 1925 года она совершила попытку нападения на Альберта Эйнштейна в Берлине (детали в разных сообщениях расходятся). Согласно наиболее распространённой версии, она пришла к нему на квартиру и стала размахивать шляпной булавкой — этот предмет, достаточно острый и прочный (15-20 см), в начале века мог использоваться женщинами как оружие. Сразу после её прихода жена физика Эльза, умевшая распознавать психически нестабильных визитёров мужа, заподозрила неладное и вызвала полицию, которая как раз подоспела к моменту нападения и задержала Горячковскую. Эйнштейн не пострадалAndrew Martin. The Woman Who Tried To Assassinate Albert Einstein Due to a Case of Mistaken Identity.
Покушения были связаны с реактивацией бреда, преследовавшего её с дореволюционных лет и приспособленного к новым историческим обстоятельствам. На допросах Горячковская сообщила, что «большевики главную часть своих доходов извлекали из продажи детей для турецких гаремов». Эйнштейна же она отождествляла со своим «возлюбленным» Азефом:
Существует рассказ, что Эйнштейн якобы посетил Горячковскую в заключении, и та была вынуждена признать, что он не Азеф, так как у него гораздо короче нос.
После известия о покушении на Красина Луначарский опубликовал в советской прессе мемуар о несостоявшейся террористке, саркастически назвав его «Шарлотта Корде». М. А. Булгаков сделал запись в своём дневнике в ночь с 20 на 21 декабря 1924 г.:
Затем она вновь появлялась во Франции; последние известные сведения относятся к концу 1929 года, когда она пыталась бежать из психиатрической лечебницы близ Амьена и была возвращена обратно. Дальнейшая судьба неизвестна.
Творчество Современники и исследователи отмечают необычную продуктивность Горячковской и множественность подписей: под разными фамилиями и псевдонимами ей приписывают около полутора десятков книг (поэзия, пьесы, романы, публицистика). Валерий Шубинский в своей статье указывает, что опубликованные произведения Диксон/Евгеньевой ничем не выдают психического расстройства автора, а «евгеньевские» книжки 1917 года выглядят «расчётливо-конъюнктурными».