Эрекле II (груз. ერეკლე II, транслит. erek'le II; в русской традиции — Ираклий II; род. 7 ноября 1720, Телави — 11 января 1798, там же) — царь Кахети (с 1744), а с 1762 года — объединённого Картли-Кахетинского царства. Представитель кахетинской ветви династии Багратионов, сын Теймураза II, первого за долгое время христианского царя на престоле Картли — и Тамары, дочери Вахтанга VI из Мухранской линии той же династии. После смерти отца он объединил под своей властью оба восточногрузинских царства.
В народе за ним закрепилось ласковое прозвище «Маленький Кахетинец», которое традиционно связывают с ростом царя, однако сохранились свидетельства, что он был достаточно рослым: на съемках фильма «Клятвенная запись» актёр Тенгиз Арчвадзе, исполнявший роль Ираклия II, примерил подлинный царский халат из музея Телави — и одеяние оказалось ему велико. При нём Грузия в последний раз стала самостоятельной военной и экономической силой региона: он отражал набеги дагестанских горцев, одерживал победы над персидскими и османскими армиями, расширял влияние на соседние ханства, провёл военную и экономическую реформы, а Тбилиси превратил в крупный торговый центр Закавказья. Союзный трактат 1790 года с имеретинским царём Соломоном II и владетельными князьями (мтаварами) Мегрелии и Гурии признал Ираклия II верховным главой грузинских земельДубровин, Н. Георгий XII, последний царь Грузии и присоединение её к России. — СПб., 1867. — С. 16–17Вешапели, Г. საქართველო და რუსეთი (Грузия и Россия). — Тбилиси, 1918. — С. 4, 45–51Джавахишвили, И. История грузинского народа. — Тбилиси, 1953. — Кн. V. — С. 82. Российская императрица Екатерина II признала его «царём всея Грузии»Кикодзе, Геронтий. Ираклий II = ერეკლე მეორე (груз.) / Або Зардиашвили, И. Тавадзе. — Тбилиси: Заря Востока, 1945. Однако этот титул не был дарован извне — в самой Грузии он применялся с 1764 годаТабагуа, И. Грузия на международной арене во второй половине XVIII века. — Тбилиси, 1979.
В европейских источниках XVIII века он представал как «самый опытный государь Востока». Его сравнивали с Петром I, приписывали обучение в Королевской военной академии Вулидж. Ираклий II вёл переговоры с австрийскими и английскими монархами о военной помощи и реформе грузинской армии по европейскому образцу, а также пытался наладить систему образования при содействии западных держав. В 1783 году заключил с Российской империей Георгиевский трактат, по которому Картли-Кахетинское царство переходило под имперский протекторат при сохранении внутреннего самоуправления, династии и церкви; империя брала на себя обязательство защищать царство Ираклия от внешних врагов. В 1795 году персидский шах Ага-Мохаммед-хан вторгся в Грузию; обещанной по Георгиевскому трактату российской помощи не последовало. 75-летний царь лично возглавил войско численностью 5–7 тысяч человек и принял бой на подступах к Тбилиси. Грузинское войско потерпело поражение. Тбилиси был захвачен и разграблен, город понёс значительные потери. Национальная катастрофа не сломила царя: он перебрался в Телави и до последних дней предпринимал меры по восстановлению страны, сбору уцелевших подданных и налаживанию управления.
В современной Грузии 7 ноября в городе Телави отмечается «Эреклеоба» — всенародный праздник в честь дня рождения Ираклия II, что служит ярким свидетельством его неизменного лидерства в народном почитании среди всех грузинских царей. Праздник включает молебен, народные гуляния и торжественные мероприятия у крепости Батонис-цихе, а первые лица страны в этот день величают его «мечом и щитом Грузии». Его памяти посвящена народная кахетинская песня «Чакруло» («связанные клятвой»), в которой поётся: «Царь Ираклий [меч] освятил, на войну благословил». В 1977 году запись этой песни была отправлена в космос на борту «Вояджера-2», как образец грузинской культуры. Память о царе запечатлена и в монументальном искусстве: в Телави его памятник, созданный скульптором Мерабом Мерабишвили, стоит на главной площади города, а в сентябре 2025 года торжественное открытие монумента царю состоялось и в Тбилиси — в парке Самгори. На открытии монумента премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе заявил, что именно благодаря мудрости Ираклия II Грузия сохранила свою религиозную и национальную идентичность, назвав его «истинным символом патриотизма и прагматизма, любви к родине». Спикер парламента Шалва Папуашвили, в свою очередь, подчеркнул, что открытие памятника символично, поскольку сегодня, как и триста лет назад, главной национальной целью грузинского народа остаются свобода и единство, и выразил надежду, что душа царя Ираклия «ликует, видя гордо развевающийся флаг независимой Грузии». К 300-летию Ираклия II Национальный архив Грузии организовал выставки, переиздал книгу документов эпохи царя и выпустил альбом с его мемориальными принадлежностями; в фондах архива хранятся более 1800 писем, указов и хроник того времени.
Биография
Ранние годы Во второй половине XV века единое Грузинское царство распалось на три царства и пять княжеств, а династия Багратионов разделилась на три региональные ветви. Ещё в XVI веке Кахети была густонаселённой и зажиточной страной: она вела оживлённую торговлю шёлком, шерстью и вином, а притесняемые османами христиане Греции и Палестины не раз обращались к кахетинским царям за материальной помощью. Но к моменту рождения будущего царя от былого благополучия не осталось и следа.
Ираклий родился 7 ноября 1720 года в Телави. Брак его родителей, заключённый по политическим соображениям, имел целью сближение двух ветвей Багратионов — кахетинской и картлийской. Кахетинское царство в те годы, несмотря на богатство природы и военную доблесть населения, была истощена набегами лезгин. Ещё при царе Давиде II, который «всецело обратился в веру и нравы Магомета», лезгины, особенно чарцы, «беспрестанно враждовали», разоряли сёла, убивали и уводили в плен. Крестьяне, страдая от своих же помещиков-тавадов, убегали к лезгинам и наводили их на родные сёла. Появился и грузинский предатель Тура Рамазишвили, который «стал предводительствовать у лезгин». Не лучше было и в соседней Картли: османы, захватившие Тбилиси, «разорили и многих пленили», а затем «переписали весь Картли» и обложили непомерными поборами. Однако были и светлые страницы. Дед Ираклия по матери, царь Вахтанг VI, в начале XVIII века пытался вывести Картли на путь возрождения: он составил кодекс законов, собрал древние летописи, основал типографию и издал «Витязя в тигровой шкуре». Он же заключил союз с первым императором всероссийским — Петром I, но после неудачи русского похода в Персию отчаявшийся Вахтанг с картлийским дворянством и духовенством переселился в Россию. Воспользовавшись хаосом, шах Тахмасп II пожаловал кахетинский престол Константину II — старшему, но внебрачному сыну Ираклия I. Воспитанный при персидском дворе ревностным мусульманином, Константин был культурно чужд грузинскому народу, издавна исповедовавшего православие. В 1723 году он попытался занять Тбилиси, но был взят в плен османами, бежал в Телави и вскоре оказался в безвыходном положении. Весной 1724 года лезгины обрушились на Кахети, учинив «истребление, пленение, разорение и сильное опустошение». В том же году Вахтанг VI навсегда покинул родину. Константин, не сумев организовать оборону, бежал в горы и пошёл на беспрецедентный шаг — призвал на помощь лезгинского предводителя, обещая ему долю в добыче. Это стало роковой чертой его правления: кахетинцы, доведённые до отчаяния, в 1725 году сами разгромили лезгин и призвали царя обратно, но его власть теперь целиком зависела от компромисса с врагами. 28 декабря 1729 года Константин был вероломно убит османами в тот момент, когда садился на коня. Его тело обезглавили, голову отослали в Стамбул. Кахети вновь погрузилась в глубокий хаос.
С первых дней Ираклия окружали не покой, а бегство, осады и нужда. Его отец Теймураз постоянно менял местопребывание: семья укрывалась то в Телави, то в крепости Манави, то в Магаро. Кахетинским царством в это время фактически управлял епископ Алавердский. Насилия турок и персов вынудили кахетинскую царскую семью бежать в горную область Пшави. Ираклию тогда было около пяти лет. Вместе с родителями он жил в башне, по соседству с саклями простых пастухов. Здесь не было ни дворцов, ни прислуги, ни торжественных церемоний. Царевич спал на бурке, ел то же, что и горцы, и с малых лет знал, что такое голод и холод. Именно здесь, среди горцев, будущий царь усвоил неприхотливость и стойкость. Его товарищами были крестьянские мальчики. Маленький царевич фехтовал с ними, ходил на охоту, ловил рыбу, играл в мяч. Он не чуждался простого люда — напротив, именно среди него он чувствовал себя свободно. Народ запомнил его не чванливым царевичем, а «своим» — живым, смелым, близким. С ранних лет он привык к верховой езде: участвуя в народных праздниках, он уже тогда скакал на своём жеребце, ни в чём не уступая взрослым всадникам. Эта близость к простому люду с детства определила всю его дальнейшую жизнь. Грузинский историк Геронтий Кикодзе позднее писал: «Двор царя Ираклия не был так замкнут, как дворцы восточных и европейских государей того времени: как у царя, так и у царевичей были простые, человеческие и часто дружеские отношения со своими подданными и крестьянами».
Первая военная победа
В пятнадцать лет Теймураз послал Ираклия в Алаверди — поручить ему возглавить кахетинцев, которые роптали и готовы были сразиться с лезгинами. Оттуда юный царевич установил связь с Кизики и деревнями у подножия Кавказского хребта. Весь народ поднялся. Женщины Кизики сами седлали коней, торопили мужчин, надевали на них оружие и наказывали: «Идите, умирайте за родину: лучше смерть, чем рабство у персов и лезгин». Вокруг Ираклия собралось небольшое ополчение из самых отважных воинов.
С этим отрядом он на Шейншинском (Шамшадило) поле атаковал лезгин, возвращавшихся с добычей из Кизики, и нанёс им жестокое поражение. После победы Ираклий предложил лезгинским племенам, жившим по реке Алазани, чарцам и белаканцам — заключить с кахетинцами мир и союз. Они отказались. Однако дидойцы и анцухцы, обитавшие в западной части Дагестана и веками находившиеся под культурным и политическим влиянием Кахети, приняли послов дружественно и обещали не нападать и другим не помогать. В царствование Ираклия они своего слова не нарушили. Так, блестяще начав своё государственное и военное поприще, Ираклий получил от народа ласковое прозвище «Маленький Кахетинец». В 1734 году, когда Надир-шах потребовал заложников от Теймураза, четырнадцатилетний Ираклий был отправлен в персидский лагерь вместе с сестрой Кетеван. Надир, желая продемонстрировать власть, приказал юному царевичу принять ислам. Ираклий ответил с достоинством, не по годам твёрдоСаникидзе, Леван. Мать История (груз.).— С. 319.: «ჩემი მოკვლა შესაძლებელ არს, მაგრამ ჩემი სულის შეცვლა და შერყვნა არას ძალით არ მოხერხდება; ამიტომ ტყუილად ნუ შეეცდები ჩემ გამაჰმადიანებასაო».:
Индийский поход с Надир-шахом Шах не стал казнить его — впечатлённый смелостью, он взял царевича в свой поход на Индию, где Ираклий проявил храбрость и приобрёл бесценный военный опыт. Его отказ от предательства православной веры остался в памяти современников как первый поступок, определивший его характер: принципиального, гордого и верного своему народу. Во время одного из сражений Надир-шах оказался в смертельной опасности: его лошадь была подстрелена, шаха окружили турки. Магомед-мирза, сын царя Кахети Давида II Кахетинского (брат Теймураза II), отдал Надиру свою лошадь, а сам был рассечён врагами на части. В награду за этот подвиг Надир позже отдал Картлийское царство сыну Магомед-мирзы.