Граф Никола́й Никола́евич Муравьёв-Аму́рский (, Санкт-ПетербургЗапись о рождении Н. Н. Муравьёва находится в метрической книге Успенского Спасо-Сенновского собора в Санкт-Петербурге под порядковым номером 270: «12 августа 1809 года у действительного статского советника и кавалера Николая Назарьевича Муравьёва родился сын Николай, который был крещён 21 августа в присутствии восприемников: старшего брата Н. Н. Муравьёва Ивана и Екатерины Николаевны Мордвиновой».Подкуйко С. В. Как русский конквистадор воздвиг себе памятник при жизни. И где на самом деле родился граф Муравьёв-Амурский. // Независимое военное обозрение, № 32, 26 авг. — 1 сент. 2022 г., стр. 15. — , Париж) — русский государственный деятель, генерал-губернатор Восточной Сибири с 1847 по 1861 год. Генерал от инфантерии, генерал-адъютант. Сыграл видную роль в истории расширения российских владений на Дальнем Востоке: ему принадлежит почин в возвращении Амура, уступленного Китаю по Нерчинскому договору 1689 года. Основатель Благовещенска, Хабаровска и Владивостока.
Детство и юность Был правнуком Степана Воиновича Муравьёва, внуком гражданского губернатора Архангельска Назария Степановича Муравьёва, сыном статс-секретаря и управляющего Собственной Его Величества канцелярией Николая Назарьевича Муравьёва и Екатерины Николаевны Мордвиновой, дочери порховского помещика Николая Михайловича Мордвинова.
Немалую часть детства провёл в имении отца под Санкт-Петербургом (ныне проспект Обуховской Обороны, 143). В память о Муравьёвых назван находящийся поблизости Муравьёвский переулок (ныне — улица Цимбалина)Ныне главный дом усадьбы — дом № 143 по проспекту Обуховской Обороны — Дмитрий Шерих «Санкт-Петербургские ведомости», № 177 . .
Вместе с братом Валерианом учился в частном пансионе Годениуса в доме Резвого (Шпалерная улица, 25), что давало возможность в будущем поступить в университет. Брат Валериан Николаевич в зрелые годы служил губернатором Псковской и Олонецкой губерний, и вице-губернатором Ярославской губернии.
Пажеский корпус По распоряжению императора Александра I оба сына Николая Назарьевича Муравьёва были зачислены в Пажеский корпус. В 1824 году, будучи уже в старших классах, Николай был произведён в камер-пажи и назначен к великой княгине Елене Павловне, юной жене Михаила Павловича, младшего брата Александра I. Много позже она способствовала назначению Муравьёва генерал-губернатором Восточной Сибири. В 1827 году окончил Пажеский корпус с золотой медалью.
Военная служба По окончании Пажеского корпуса Муравьёв поступил прапорщиком в лейб-гвардии Финляндский полк. Принял участие в русско-турецкой войне 1828—1829 годов (19-летний Николай участвовал в осаде крепости Варна) и в подавлении польского восстания 1831 года.
7 февраля 1833 года в чине штабс-капитана уволен от военной службы «за болезнью». Следующие пять лет он провёл в Виленской губернии в имении Стоклишки (), пожалованном его отцу в пожизненное владение, где занимался хозяйством.
Кавказская война
Когда генерал Евгений Головин, при котором Муравьёв во время военных действий ранее состоял адъютантом, был назначен командующим Отдельным Кавказским корпусом и главноуправляющим гражданской частью и пограничными делами в Закавказье, Муравьёв 27 апреля 1838 года был определён к нему офицером для особых поручений с повышением до чина майора, после чего несколько раз принимал участие в походах против горцев.
С 1840 по 1844 год был начальником одного из отделений Черноморской береговой линии и в этой должности участвовал в усмирении племени убыхов.
В 1841 году произведён в генерал-майоры. В 1844 году ему пришлось выйти в отставку — на этот раз окончательно. Обострившаяся болезнь потребовала серьёзного лечения и Николай Николаевич уехал во Францию. Незадолго до возвращения в Россию, будучи в Париже, познакомился с Катрин де Ришемон. По возвращении из Франции причислен к Министерству внутренних дел.
Тульский губернатор (1846—1847) В 1846 году назначен исправляющим должность тульского военного и гражданского губернатора. 17 января 1847 года Николай Муравьёв в церкви Богородицка обвенчался с Катрин де Ришемон, которая приняв православие, стала именоваться Екатериной Николаевной.
Муравьёв обратил серьёзное внимание на нужды губернии и в отчёте о первой своей ревизии указал на неудовлетворительное состояние тюремных помещений, на упадок сельского хозяйства, для помощи которому он планировал учреждение в Туле губернского общества сельского хозяйства. Он первый из губернаторов поднял вопрос об освобождении крестьян: девять помещиков подписали подготовленный с подачи губернатора адрес (обращение) государю. Дело осталось без движения, но Николай I обратил внимание на Муравьёва как на «либерала и демократа». Император 5 сентября 1847 года на почтовой станции Сергиевской (близ Тулы) объявил Муравьёву о назначении его исправляющим должность генерал-губернатора Восточной Сибири. С негласной (до времени, от господствовавшего английского флота) целью создания Дальневосточной/Тихоокеанской береговой линии укреплений по опыту Черноморской, и укрепления границы с Китаем.
Сдав дела по Тульской губернии, в конце сентября 1847 года Муравьёв прибыл в Петербург. В течение четырёх месяцев он изучал литературу и документы по Восточной Сибири, знакомился с отчётами генерал-губернаторов, встречался с министрами, людьми, хорошо знающими проблемы Сибири.
Генерал-губернатор Восточной Сибири (1847—1861)
28 февраля 1848 года из Красноярска в Петербург был отправлен рапорт Муравьёва о вступлении в должность генерал-губернатора; утверждён в должности он был только 6 декабря 1849 года.
Ещё до отъезда в Сибирь Муравьёв заручился помощью Г. И. Невельского, исследовавшего устье Амура и остров Сахалин. Эти исследования, подтвердившие выводы поручика Гаврилова (1846) о доступности амурского устья для морских судов, поставили вопрос о желательности приобретения Амура на более твёрдую почву, удостоверив, что река представляет удобный путь для сообщения с Тихим океаном. Муравьёв энергично принялся за хлопоты по разрешению захвата Приамурья, но встретил противодействие в Петербурге: в тот момент Россия ещё была не готова к войне с Китаем, правительство предпочитало планомерный захват Приамурья, а Муравьёв настаивал на агрессивной политике. Тем не менее, факт занятия Невельским устьев Амура был признан, и в течение 1851—1853 годов производились исследования Амурского лимана и острова Сахалина; везде были основаны русские поселения.
Приближавшийся разрыв с западными державами заставил правительство обратить внимание на защиту Камчатки; единственный удобный путь, которым можно было туда отправить войска, был водный путь по Амуру.
11 января 1854 года Николаем I было предоставлено Муравьёву право вести все сношения с китайским правительством по разграничению восточной окраины и разрешено произвести по Амуру сплав войск.
В мае 1854 года произошёл первый сплав, год спустя — второй, с которым прибыли на устье Амура первые русские поселенцыЗахаренко И. А. Амурские сплавы. К 150-летию присоединения к России «Амурской страны». // Военно-исторический журнал. — 2008. — № 11. — С. 36—41..
6 декабря 1854 года «за неутомимую деятельность и особые труды для пользы и устройства вверенного края предпринимаемые» пожалован кавалером Ордена Святого Князя Александра Невского.
Переговоры Муравьёва с китайским правительством длились несколько лет, и только 16 мая 1858 года был заключён Айгунский трактат, по которому Амур до самого устья стал границей России с Китаем. Муравьёв получил за заключение этого договора титул графа Амурского и чин генерала от инфантерии. Приобретение Амура было предметом оживлённой полемики в журналах 1858—1864 годов (см. ст. Дмитрия Иринарховича Завалишина в «Русской Старине» и ответ Дмитрия Ивановича РомановаРоманов Д. И. Амур . — Морской сборник, № 6, 1860, сс. 173—187).
Само по себе, однако, обладание левым берегом Амура было недостаточно, пока флот не имел свободного выхода в море: левый берег в устье вскрывается гораздо позже, чем правый. Этот недостаток Айгунского трактата был восполнен Пекинским договором, заключённым в 1860 году графом Игнатьевым, по которому Россия приобрела не только Уссурийский край, но и южные порты. Однако Муравьёв-Амурский настаивал не ограничиваться данными приобретениями, а продолжить присоединять к России северные и западные территории Китайской империи, включая и соседние страны — Монголию и Корею.
Будучи генерал-губернатором Восточной Сибири, Муравьёв-Амурский делал попытки населить пустынные места по Амуру, но попытки эти не были удачны; дальнейшие поселения происходили по наряду из забайкальских казаков, а добровольные поселения на Амур приостановились. Столь же неудачны были поселения по реке Мае в 1851 году. Не удались и попытки генерал-губернатора устроить правильное пароходное сообщение по Амуру и почтовый тракт.
Имея в виду главное возражение противников занятия Амура — отсутствие постоянного войска для защиты области от вторжения китайцев — Муравьёв-Амурский в 1849 году подал Николаю I проект создания Амурского казачьего войска. Проект был одобрен, и в 1858 году из переселённых казаков разных войск, в том числе забайкальцев, было создано Амурское казачье войско.
Камчатка Ещё в 1848 году Николай Николаевич Муравьёв, только что назначенный генерал-губернатором, обратил внимание на растущую угрозу нападения на Камчатку. Поэтому уже тогда он решил заняться строительством военных укреплений в Петропавловском порту. 25 июля 1849 года Муравьёв прибыл на транспорте «Иртыш» в Петропавловск. Осмотрев местность, он определил места строительства новых батарей, в частности на Сигнальном мысе, на Петропавловской косе и у озера Култушного.
В письме министру внутренних дел Л. А. Перовскому Муравьёв заявлял: Авачинскую губу укрепить, а без того она будет игралищем самой незначительной враждебной эскадры; там ныне уже были два английских военных судна в одно время; на них было более 200 человек экипажа шлюп и шхуна, путешествующие под видом отыскания Франклина. Я много видел портов в России и Европе, но ничего подобного в Авачинской губе не встречал; Англии стоит сделать умышленно двухнедельный разрыв с Россиею, чтобы завладеть ею и потом заключить мир, но Авачинской губы она нам не отдаст.
И именно тогда генерал-губернатор назначил нового управителя Камчатки, энергичного администратора генерал-майора по адмиралтейству Василия Степановича Завойко.
Будущее показало, что Муравьёв не напрасно тревожился за судьбу Камчатки. Когда началась Крымская война, враги нашли возможным выделить значительные военно-морские силы для нанесения удара по русским тихоокеанским владениям. 31 августа — 7 сентября 1854 года англо-французская эскадра из 6 кораблей с экипажем 2600 человек и более чем 200 орудиями безуспешно пыталась взять штурмом Петропавловские укрепления, потеряв при осаде города свыше 300 человек только убитыми, в том числе командующего Объединённой Тихоокеанской эскадрой контр-адмирала Дэвида Прайса.
Однако, несмотря на успешную оборону города, стали очевидными трудности со снабжением и удержанием столь удалённых территорий. Поэтому было принято решение об эвакуации порта и гарнизона с Камчатки. Согласно приказу портовые сооружения и дома были разобраны, наиболее ценные части в виде окон, дверей и т. д. были спрятаны, местному коренному населению было сказано уйти на север. Казаки перешли в посёлок, расположенный в устье реки Авача, старшим среди оставшихся был назначен есаул Мартынов. Солдаты и матросы пропилили во льду проход и освободили корабли из ледового плена.